Культура

  • 2218
  •  / 

Слобожанский коц может стать харьковским брендом

Слобожанский коц может стать харьковским брендом
Два столетия назад Харьков славился производством уникальных колоритных длинноворсовых ковров — коцев.
Коврик с загадочным названием «коц» — исконно харьковское изобретение, но сегодня в память об этом ремесле осталась лишь улица Коцарская, где находились мануфактурные цеха трудяг-коцарей.

Харьковский коц появился на свет раньше Слобожанщины


— Когда я впервые увидела слобожанский коц, подумала, что это простенький волосатый коврик, — вспоминает о своих первых впечатлениях известный исследователь археологического текстиля, археолог и реставратор Татьяна Крупа. — Но когда в 2004 году вышла книга «Свята та побут Слобожанщини», я предметно обратила на коц внимание. Впервые ознакомилась с ним в 2011 году. Харьковский исторический музей разрешил мне провести научные исследования. И чем дольше я изучаю коцы, тем больше убеждаюсь, что это интереснейшее и, пожалуй, одно из самых загадочных с точки зрения истории слобожанских рукоделий. Кто и когда начал производство коцев на Слобожанщине, к сожалению, история пока умалчивает. Согласно письменным источникам и научным исследованиям, коцарское ремесло существовало на Слобожанщине уже во время заселения нашей территории и появления слобод. После проведенных исследований я сделала вывод, что это ремесло уходит корнями в более древние времена и служит своеобразным мостиком между слобожанским периодом XVII— XVIII веков и предыдущей эпохой, которая сегодня у нас плохо изучена.

Происхождение слова «коц» достоверно неизвестно


Коцем в разных регионах Украины называли абсолютно разные вещи, говорит Татьяна Крупа, но одна из версий происхождения этого названия, по мнению зарубежных лингвистов-тюркистов, связана с арабским прочтением этнонима кутигуры — народа, когда-то обитавшего на территории Украины.

По международной классификации, харьковские коцы относятся к длинноворсовым коврам с наклонным ворсом. Такая технология изготовления роднит их с этнографическими традициями тюркского мира. В частности, харьковские коцы близки к киргизско-узбекским длинноворсовым коврам (жульхирсам), и в этом, по словам Татьяны Крупы, не сомневается и ее узбекская коллега-искусствовед из Академии наук Узбекистана Эльмира Гюль. Таким образом, говорит специалист, можно считать, что истоки коцарства берут начало в средневековье: в XI–XV вв., когда на нынешней территории Харьковской области проживали не только славяне, но и кочевники — представители тюркских народов. Поэтому не случайно на просторах Евразии длинноворсовые ковры с наклонным ворсом встречаются и сейчас, в частности у киргизов и узбеков.

Харьковские ковры несли позитив


Хитросплетений мелких рисунков на коцах не увидишь — узоры на них подсказаны технологическими особенностями. В отличие от привычных короткостриженных ковров с тесными рядами ворса высотой лишь 2,5–3 мм, в харьковских длина ворса составляет 10 см, его ряды чередуются с 1,5–2 см простого ткачества, поэтому ворс в коцах лежит под наклоном.

— При такой технике получить тонкие узоры сродни, например, иранским или турецким нереально. Качество ковров определяется количеством узлов на квадратный метр. Для сравнения: в некоторых туркменских коврах 110 тысяч узлов располагаются на одном квадратном метре. Изысканность узоров на этих коврах нереальная — это настоящее произведение искусства чуть ли не из области фантастики. При этом, например, в коце, который хранится в Харьковском историческом музее, на одном квадратном сантиметре ковра располагаются лишь три узла. При такой частоте проще всего получить геометрический декор, поэтому, как правило, на харьковском коце изображали ромбы, — рассказывает специалист. — На востоке коврам с очень тонкими узорами нередко давали поэтические названия. Например, один из старинных азербайджанских ковров с изысканными рисунками носит название «Рыбы, всплывшие на поверхность Каспийского моря полюбоваться полной луной». Давали ли в Харькове коммерческие названия коцам с ромбами и другими геометрическими узорами, пока не известно, но аналогичная геометрическая символика и цветовая гамма на казахских коврах означает пожелания достатка, богатства и благополучия.

Коцы размещали в интерьере, причем коврами с длинным ворсом украшали только стены, коцами с ворсом покороче декорировали поверхности — например лавки, но они никогда не лежали на полу, уверяет исследователь. Причина вполне объяснима: чистить коцы очень проблематично, зато они замечательно утепляли стены.

Над длинноворсовыми коцами трудились целой улицей


— Узбекские жульхирсы изготавливал один мастер на узком станке, а чтобы получить широкий ковер, готовые фрагменты сшивали. Харьковские же коцы изготавливали изначально широкими (например, трехметровыми) и ткали их одним полотном, — говорит Татьяна Крупа. — Работа нескольких мастеров на одном станке требовала высокого уровня мастерства. Ткачеством одного ковра занимались сразу несколько мастеров, которые работали за одним большим станком. Таким образом, ковры делались быстро, и снижалась их себестоимость (у ковровщиков Турции, например, до сих пор сохранилась такая же система работы). Коллективное изготовление ковров говорит о том, что харьковское коцарство было не этнографическим искусством, как, например, вышивка, которой занимались лишь в периоды сельскохозяйственного межсезонья. Ковроткачество в Харькове было мануфактурным производством, неслучайно в городе был целый коцарский квартал. Производство коцев достигало десятков тысяч штук в год. Их делали под заказ, продавали на шерстяной ярмарке Слобожанщины, реализовывали за границей.

В Харькове было немало мануфактурных цехов, в основном сконцентрированных на улице Коцарской. Здесь, по данным историков, в начале XIX века коцарским ремеслом занимались полсотни дворов. Производство было поставлено на широкую ногу: в доме у ремесленников нередко стояли сразу несколько станков, в середине ХIХ века мануфактурные цеха выпускали тысячи изделий. Харьковские коцы пользовались популярностью не только в округе. По словам Татьяны Крупы, сохранилось упоминание о том, что в начале ХIХ века к харьковским коцам проявлял интерес императорский двор — в частности, сохранились данные о заказе харьковским коцарям изготовить попоны для коней кавалерийского полка, хотя заказ не был окончательно оформлен.
 

Исконно харьковские — от «а» до «я»


Коцы рождались из качественного текстильного и красильного сырья, причем исключительно харьковского. Так как на Слобожанщине в те времена было развито овцеводство, харьковские ковры изготавливали из местной тонкорунной шерсти, а Татьяна Крупа обнаружила в публикациях исследователей начала ХХ века данные о том, что их также создавали с шелковым ворсом.

— Меня это потрясло, — делится Татьяна Крупа. — Использование ворса из шелка говорит о высочайшем уровне технологий. Шелк капризен в работе, и чтобы с ним работать, нужно быть профессионалом высокого класса. Сырье для изготовления коцев было исключительно харьковским, поэтому не удивительно, что, имея такую сырьевую базу, мы имели и такое производство. Во-первых, у нас разводили тонкорунных овец — в частности испанской породы, а шелководство в европейской части России начиналось в XVIII в именно с Харьковщины.

Красители тоже были натуральными — текстильное сырье красили растениями, которые росли на Слобожанщине или привозились. Для получения красного цвета использовали марену красильную — один из самых древних красителей, которые Татьяна Крупа изучала, например, на текстильных памятниках VII в. до н. э. Желтый цвет шерсти придавали с помощью ромашки или резеды, синий получали из привозного индиго либо вайды, которая встречается на нашей территории, а коричневый получали, например, из дубовой коры или ореховой кожуры.

К сожалению, в конце в ХIХ века харьковское коцарство сошло на нет.

— В третьей четверти ХIХ века были открыты синтетические анилиновые красители, и коцари стали их применять, чтобы меньше возиться с крашением, — говорит Татьяна Крупа. — Однако анилиновые красители очень проигрывали натуральным. Рынок на это отреагировал – и постепенно заказов стало меньше. Второй причиной упадка коцарства стало распахивание земель, на которых выпасали овец, и сырье для коцев стало слишком дорогим.

Последний год при поддержке Министерства культуры Татьяна Крупа возрождает уникальное искусство: проводит курсы по изготовлению коцев.
 
— Вероятно, подобное ткачество было в древности и на юге Украины, где тоже было развито овцеводство, но следов этого искусства мы там не находим. Только на Слобожанщине коцарство становится крупным производством, — предполагает исследователь. — Других центров изготовления длинноворсовых ковров в Украине нет, и даже ворсовое ткачество у крымских татар появляется в более позднее время под турецким влиянием. Поэтому эта технология сверхуникальна, особенно если учесть, что Слобожанщина утратила привязку к тюркской этничности. Я преследую очень амбициозные цели: полноценно возродить этот промысел. Харьков достоин того, чтобы иметь свой уникальный художественно-прикладной бренд. Меня вдохновили мои крымскотатарские подруги и единомышленницы, сумевшие через десятилетия депортации за несколько лет фактически на ровном месте возродить в Крыму известнейшие крымскотатарские текстильные искусства: татар ишлеме и махламу. Поэтому, я думаю, что и в Харькове можно возродить свое родное — то, что, возможно, имеет тысячелетнюю историю. Коцы вполне могут стать туристической изюминкой и брендом нашего города.

Нашли орфографическую ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

ОН Клиник Харків

Лента новостей2 декабря

Вся лента новостей

Архив новостей



Программа "Новини Р1"Лого телеканал Р1
Эксклюзивное интервью на Р1Лого телеканал Р1

Гость "ВХ" на Р1Лого телеканал Р1

Телеканал Р1 на youtube

Выбор читателей

О нас Реклама Подписка
  • Facebook
  • Вконтакте
  • Twitter
  • rss

Курсы валют от НБУ

10 RUB 4.037 грн
100 USD 2589.87 грн
100 EUR 2756.14 грн


Новости от за посиланням
Загрузка...
Загрузка...
Афиша кинотеатра "Kronverk Cinema" Дафи