Культура

  • 822
  •  / 

Известный харьковский режиссер пробивал себе дорогу у черта на куличках

фото: Сергей Козлов, «Справжня варта»

Известный харьковский режиссер пробивал себе дорогу у черта на куличках
Известный харьковский режиссер пробивал себе дорогу у черта на куличках На фасаде здания Харьковского государственного академического театра кукол им. В.А. Афанасьева установили мемориальную доску к столетию народного артиста УССР, театрального деятеля, режиссера Виктора Афанасьева.
Виктор Афанасьев начал сценическую деятельность в Харькове в 1934 году — актером Всеукраинского показательного театра кукол при Харьковском Дворце пионеров. Через три года он организовал Алтайский краевой театр кукол в Барнауле, а с 1952-го по 1983-й возглавлял Харьковский театр кукол.

Харьковчанина сравнивали с Сергеем Образцовым


Он поставил около ста спектаклей, но большую часть — именно в харьковский период. В 1955 году в постановке режиссера Виктора Афанасьева вышел спектакль для взрослых «Чертова мельница», который сразу же стал известным, и с тех пор театр занимает лидирующие позиции в стране. В 1969 году Виктор Афанасьев создал и возглавил при Харьковском институте искусств (сейчас — Харьковский национальный университет искусств им. Котляревского) первую в Украине кафедру, с которой началось рождение одного из самых сильных в стране театральных отделений профессионального образования режиссеров и актеров-кукольников. В СССР харьковский театр всегда сравнивали с театром кукол Сергея Образцова.

— В те годы говорили, что Харьковский театр кукол — второй в Союзе после театра Сергея Образцова. Да хрен! Не второй, — уверен заслуженный деятель искусств Украины Евгений Гимельфарб (главный режиссер ХГАТК им. В.А. Афанасьева с 1990 по 2002 годы). — Никакой кафедры и школы Сергей Образцов не создал: всю жизнь проработал на себя лично и пользовался тем, что в свое время Иосиф Сталин дал ему дорогу. А Афанасьев пробивал себе дорогу сам и начинал в Барнауле — у черта на куличках, откуда нужно было еще вырваться, и не просто так, а состоявшимся режиссером.

«Афанасьев издевался надо мной всю жизнь»


К открытию мемориальной доски Виктора Афанасьева был организован вечер памяти, на котором прозвучали и грустные, и смешные истории — воспоминания друзей, учеников и коллег большого мастера.

— Я пришел, когда мне было 23 года — якобы по большому знакомству. В управлении культуры мне сказали: «Знакомство знакомством, но как будет дальше — не ручаемся. Будет так, как решит Афанасьев», — вспоминает заместитель директора ХГАТК им. В.А. Афанасьева Вячеслав Панченко. — Я пришел в театр, постучал в кабинет Виктора Андреевича, открыл дверь. В кабинете было несколько актеров, — они репетировали. Я представился. Он говорит: «Нам сейчас некогда — у нас репетиция, но если выполните задание, примем вас на работу. Принесите нам птичье молоко». Я вышел из театра опустошенный. Позвонил отцу: «Афанасьев — народный артист, при чем здесь птичье молоко?». Отец только и сказал: «Думай!». Я вышел на площадь, на противоположной стороне было кафе «Голубь», рядом на скамейках мужчины пили вино. Я подошел к одному — спрашиваю, где достать птичье молоко. Тот говорит: «Купи вина — скажу». Принес ему вина, а он: «С удовольствием сказал бы, но не знаю». Однако подсказал, что неподалеку есть птичий рынок. Я спустился на рынок. На мой вопрос о птичьем молоке торговцы крутили пальцем у виска. Я подумал, что Виктор Афанасьев надо мной просто посмеялся — и ушел расстроенный. Решил в театр больше не ходить, а ехать домой. Стою на троллейбусной остановке напротив института искусств и вижу в витрине магазина коробки с конфетами, на которых написано «Птичье молоко» и цена — один рубль с копейками. Купил несколько коробок, зашел в театр, без стука открыл дверь, ставлю коробки. Виктор Андреевич говорит: «Молодец. Берем на работу». Таким образом он «издевался» надо мной всю жизнь. В зале у него было два любимых места, где он сидел на репетициях. Перед ним стоял стол, на нем  — его любимые сигареты. Подходить к нему во время репетиции — это табу. Как-то мне нужно было срочно подписать важные документы, но он сказал: «Нет. Я репетирую. Смотрите-ка — ворвался! И вообще, идите в исторический музей, принесите кресло ХIV века — с директором музея я уже договорился». Я пошел в исторический музей — говорю директору, что, мол, я от Виктора Андреевича, пришел по договоренности за креслом ХIV века. Директор музея о договоренности слыхом не слыхивал, долго отказывался, но мне удалось-таки его уговорить. Принес кресло в театр, поставил перед Афанасьевым — получи! Он посмотрел на кресло, проверил — то ли это, и, удостоверившись, объявил: «Будешь великим администратором». Так он учил меня жизни. Он очень многое мне дал, но главное — научил любить театр и актеров. Вначале я не понимал этих вещей, а он твердил: «Запомни раз и навсегда. Актеры — ранимые, творческие люди, и ты будешь помогать им от рождения до смерти. Для тебя они — дети, и ты должен взять на себя все их житейские проблемы». Я уже 45 лет работаю в театре и всегда отношусь к актеру, как к ребенку, сколько бы лет ему ни было.



Несмотря на строгость и непреклонность, Виктор Андреевич, по словам Вячеслава Панченко, был большим фантазером и выдумщиком, он очень любил красоту. Как-то осенью Афанасьев попросил администратора: «Поезжайте в лес, найдите ветки с желудями». Когда ветки привезли, ими украсили все шторы.

Кто щекотал молодых актеров


Афанасьев любил актеров, но требовал с них по полной.

— В 1971 году я приехал из Днепропетровска поступать в Харьковский театральный институт, — вспоминает народный артист Украины актер ХГАТК Алексей Рубинский. — Приемная комиссия состояла из страшно авторитетных мастеров украинского театра, в комиссии находился и Виктор Андреевич. Как бывает перед экзаменами, я очень нервничал. В кулуарах среди абитуриентов были разговоры о том, что в вузе есть очень интересная кафедра театра кукол, где проводятся разные эксперименты, и меня это сразу заинтересовало. Потом мой будущий педагог Борис Хижняк страстно рассказывал мне, что театр кукол — это увлекательно, ярко, что на кафедре кукольников работают с разными жанрами. Через некоторое время ко мне подошла секретарь приемной комиссии и сообщила, что Виктор Андреевич хотел бы со мной переговорить. Когда я к нему подошел, он спросил: «Молодой человек, а почему бы вам не заняться куклами? У вас это непременно получится». Поскольку я уже был к этому морально готов, ответил согласием. Виктор Андреевич просиял и внес меня в списки. Моя судьба была решена. Я учился легко и с большим интересом, на третьем курсе уже знал, что Виктор Андреевич собирается взять меня в театр кукол. Мало того, меня введут на роль Отшельника в «Чертовой мельнице». Моей гордыне не было предела. Я окончил институт, пришел в театр, начались репетиции «Чертовой мельницы». Кроме меня, во второй состав ввели и других молодых актеров. Все мы готовили свои роли, на подготовку было отпущено около месяца. В назначенный день в зале собрались художественный совет и вся труппа театра. Когда мы начали спектакль, каждая реплика Отшельника почему-то сопровождалась бурной реакцией, смехом, аплодисментами. Я был счастлив и переполнен вдохновением. Думал, что это триумф, и вот сейчас начнут хвалить. Однако когда закончился спектакль, Виктор Андреевич сказал: «Я не знаю, кто щекотал под мышками ваших товарищей», и в пух и прах разбомбил работу всех молодых актеров. Потом говорит: «Очень советую посмотреть работу наших мастеров. Постарайтесь понять, как они это делают».

Педагогом он был жестким


— Мой душевный контакт с ним устанавливался сложно и произошло это не сразу, — вспоминает о своем учителе заслуженный деятель искусств Украины Евгений Гимельфарб. — Он никому не делал поблажек. Мой отец был основателем Одесского театра кукол и 40 лет там проработал. Они были друзьями: отец называл его Витюней, а Афанасьев отца — Юзиком. Летом они с женой приезжали к нам в Одессу на стареньком сереньком «Москвиче». Батя написал ему по моей просьбе письмо, что, мол, сын хочет поступать к нему в Харьковский институт искусств. Когда Афанасьев узнал, что я — маленький черненький одесситик — собираюсь поступать в вуз, где он преподает, пришел ответ на маленькой желтенькой бумажечке: «Институт — не мое личное учреждение. Хочет — пусть поступает на общих основаниях». И подпись — Афанасьев. К тому времени я уже окончил театральное училище и был по природе актером. Деваться было некуда, а эта записочка меня просто включила. Когда я на экзамене стал читать стихи перед приемной комиссией, судя по выражению лица Виктора Андреевича, произвел на него впечатление. В театр кукол я тоже пришел на общих основаниях: ему было бы стыдно перед коллективом, что он делает поблажки для сына друга. То, что он меня принял, — это дорогого стоит. Он дал мне шанс творчески состояться.

Нашли орфографическую ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

ОН Клиник Харків

Лента новостей22 января

Вся лента новостей

Архив новостей



Программа "Новини Р1"Лого телеканал Р1
Эксклюзивное интервью на Р1Лого телеканал Р1

Гость "ВХ" на Р1Лого телеканал Р1

Телеканал Р1 на youtube

Выбор читателей

О нас Реклама Подписка
  • Facebook
  • Вконтакте
  • Twitter
  • rss

Курсы валют от НБУ

10 RUB 4.5967 грн
100 USD 2742.85 грн
100 EUR 2916.2 грн


Новости от за посиланням
Загрузка...
Загрузка...
Афиша кинотеатра "Kronverk Cinema" Дафи