Из своих 27 лет харьковчанин Сергей Самойлов в армии провел семь. Почти треть жизни. И успел за это время повидать столько, сколько многим и за всю жизнь не увидеть. Одним из мест его службы стала африканская страна Сьерра-Леоне, где находились с миротворческой миссией украинские военные.

Желанием стать профессиональным миротворцем Сергей загорелся еще во время срочной службы, которую проходил в аэромобильных войсках в городе Болграде Одесской области. После демобилизации хотел продолжить службу на контрактной основе и попасть в Югославию, где в то время находился украинский миротворческий контингент. Но не успел — украинцев из Югославии вывели. Однако от своей мечты Сергей не отказался. И вскоре мечта сбылась. В 2001 году, пройдя жесткий отбор, молодой десантник был направлен в учебный центр в Николаев, где при 28-м учебном аэромобильном полку для выполнения миротворческой миссии в Сьерра-Леоне формировался 4-й отдельный ремонтно-восстановительный батальон. В составе этого батальона Сергей Самойлов отправился в Африку. 

Сьерра-Леоне — бывшая британская колония в Западной Африке, зажатая между Гвинеей и Либерией и перенесшая всю анархию постколониального периода. В 1990 годах она пережила ряд военных переворотов и гражданскую войну, из-за чего ООН была вынуждена направить в Сьерра-Леоне миротворческую миссию. Большинство миротворцев составляли военнослужащие армий африканских стран — Нигерии, Кот-д’Ивуар, Сенегала… Украина стала едва ли не единственной европейской страной, направивших своих миротворцев в Сьерра-Леоне. 

Срок пребывания каждой ротации миротворцев обычно длился не более полугода. В тот раз Украина в целях экономии на перевозках решила провести эксперимент, благодаря которому наши военные провели в африканской стране целый год. Поначалу жили по 8 человек в палатках с кондиционером, а со второго полугодия — в новых пластиковых зданиях с удобствами по 4 человека в комнате. Условия были почти санаторные, если не считать трудного для организма европейцев экваториального климата — жаркого и влажного, с обильными осадками и высоким уровнем заболеваемости малярией. В целях профилактики украинцам делали прививки, давали таблетки хинина. Несмотря на это, многие болели, ибо рекомендации выходить на местность в темное время суток в перчатках и противомоскитных сетках игнорировались, а комары делали свое дело. 

В задачи батальона, в котором служил наш земляк, входило обучение солдат армий граничащих со Сьерра-Леоне стран. Украинские военные инструкторы учили африканцев стрельбе и вождению техники — автомобилей «Урал», ЗИЛ, а также бронетранспортеров. Участвовать в боевых действиях украинцам, к счастью, не пришлось.
Но и расслабляться не приходилось. В памяти была свежа трагическая история индийского батальона, стоявшего здесь перед украинским и однажды ночью полностью вырезанного повстанцами. Поэтому наши миротворцы зорко несли караулы, являясь примером бдительности для африканских коллег. Сергей вспоминает курьезный случай на важном охраняемом объекте — аэродроме, охрана периметра которого включала два кольца: внешнее нигерийское и внутреннее украинское. Украинцы, которым был разрешен свободный выход с базы в город, туда и обратно проходили через нигерийский блокпост с пулеметом. Как-то один украинский офицер возвращался на базу поздно вечером. Проходя через блокпост, он заметил, что нигерийский солдат-пулеметчик спал сладким сном рядом с пулеметом и журналом-блокнотом, вроде книги дежурств. В этом-то журнале офицер и оставил запись на украинском языке — мол, службу несли плохо, спали на посту. Поутру нигерийский командир очень удивился и рассердился на солдата, который так и не смог пояснить происхождение записи на непонятном языке, невесть откуда появившейся в официальном документе. Стали разбираться, пригласили переводчика. Когда все выяснилось, нигерийцы обиделись на шутника-украинца. Дескать, с кем не бывает оплошностей, мог бы и разбудить солдата, вместо того чтобы ставить коллег в неудобное положение… 

В целом же уровень боеспособности и дисциплины африканских «голубых беретов» довольно высок — говорит Сергей. Отношения с нашими миротворцами у африканских коллег сложились самые дружественные. В неслужебное время устраивали спортивные соревнования, в которых, как всегда, «побеждала дружба», а иногда — совместные трапезы. Во время одной из таких трапез нигерийцы были очень удивлены, узнав, что зарплаты у украинских миротворцев значительно ниже, чем у нигерийских. Так, если рядовой-нигериец получал 980 долларов в месяц, то его украинский коллега — всего лишь около 600… Официальная должность Сергея называлась «электрик-оператор выездного полигона», но, как показала практика, пришлось выполнять и другие задачи, не входящие в круг должностных обязанностей. Сначала Самойлов охранял периметр одного из двух украинских базовых лагерей в Хастингсе. А затем воину-десантнику пришлось переквалифицироваться в… повара. 

Вернее, квалификация у Сергея была. Еще до армии он окончил профессионально-техническое училище по специальности повара. Этот факт из его биографии выяснился в частном разговоре между сослуживцами уже в Африке. Должность повара для выездных бригад украинских миротворцев как раз была вакантной — мало кто хотел путешествовать по стране, где свирепствовала малярия. На эту должность и назначили Самойлова — как самого молодого и самого дисциплинированного, привыкшего добросовестно выполнять любые задания. А Сергей назначению даже обрадовался — для него оно стало прежде всего уникальной возможностью посмотреть экзотическую страну, расширить свой кругозор и запастись впечатлениями на целую жизнь. 

Во время далеких путешествий с колоннами и конвоями впечатления эти сменялись как картинки в калейдоскопе. Самым ярким и приятным впечатлением стал сказочный вид атлантического побережья: с пальмами, огромными песчаными пляжами и пеной ласковых океанских волн… Самым мрачным — размытые во время сезона дождей дороги, когда грузовики намертво вязли в непроходимой грязи, а продукты приходилось доставлять вертолетом. 

Помимо погодных контрастов, в Сьерра-Леоне приходилось наблюдать и социальные.
Хастингс, в котором была одна из баз украинских миротворцев, находится в бедном, отсталом регионе. Люди здесь полунищие, живут в хижинах без окон, готовят пищу в котелках на костре, страдают от малярии. Картина жизни в столице Сьерра-Леоне — городе Фритауне разительно отличается. В городе, застроенном двух– и трехэтажными домами в стиле английских городов XIX века, имеются национальный музей, прекрасная библиотека, ботанический сад и другие достопримечательности. По хорошим дорогам разъезжают дорогие автомобили… 

В рассказе Сергея о Сьерра-Леоне чувствуется легкая ностальгия. А вот об Ираке, где ему также довелось служить, миротворец рассказывать не стал. Видимо, тональность ближневосточных впечатлений отличается от африканских… 

Сегодня Сергей Самойлов находится в запасе Вооруженных сил. Возможности возвращения на службу не исключает, но пока, говорит, есть другие планы. Сергей активно занимается общественной работой в Союзе ветеранов Афганистана, а также является председателем первичной организации миротворцев — «иракцев». Иногда пишет статьи. Рассказывать обществу историю тех событий, в которых довелось участвовать украинским парням, в этом Сергей Самойлов, по его словам, видит одну из задач своей жизни. Чтобы не оказалась эта история забытой подобно истории участия наших земляков в вооруженных конфликтах на Кубе, во Вьетнаме и других странах. 

— Люди должны знать правду, — говорит Сергей. — А выводы пусть делают сами.