Гости ВХ

  • 634
  •  / 

Перед Новым годом театр кукол превращается во дворец сказок: видео

фото: Валерий Кручина

Перед Новым годом театр кукол превращается во дворец сказок: видео
Перед Новым годом театр кукол превращается во дворец сказок: видео Гость редакции «Вечернего Харькова» — заслуженный артист Украины, актер и режиссер Харьковского государственного академического театра кукол им. В.А. Афанасьева Игорь Мирошниченко.
— Добрый день, Игорь. Меня зовут Елена. Вы являетесь режиссером новогодних интермедий. Какие новогодние действа приготовили для малышей в этом году?

— Ежегодно в новогодние праздники мы готовим интерактив с детьми – небольшой сюжет, имеющий свою историю, получасовое представление перед началом спектакля. А после антракта уже начинается сказка на сцене. Поэтому непременные участники интермедий – Дед Мороз и Снегурочка и еще какие-нибудь персонажи, которых мы сами придумываем, сами пишем истории с их участием.

В этом году, например, в нашей интермедии фигурируют два пингвина, которые заблудились. А им очень хочется узнать, что же это за волшебный разноцветный праздник, на котором есть, как им объясняли полярные летчики, какая-то мачта с зелеными лапами, какой-то дедушка, который всех развлекает, и его любимая внучка… И в процессе действа они узнают, что такое Новый год, как его празднуют, что такое елочка. Естественно, мы играем с детьми в озорные веселые игры. Все традиционно, но, безусловно, с волшебной ноткой, потому что дети приходят в театр кукол, а это волшебное искусство – как для детей, так и для взрослых.

Могу с гордостью сказать: люди к нам стремятся. Это заслуга всего коллектива театра, что у нас много лет подряд – порядка тридцати – билет на новогоднюю кампанию в театр достать очень-очень трудно.

— В этом году в театре особое праздничное убранство. Расскажите, чем радуете и удивляете зрителей?

— Стараемся каждый год в новогодние праздники украсить наше здание и изнутри, и снаружи так, чтобы создать атмосферу праздника, чтобы всем, кто туда заходит, было приятно и радостно. Сейчас в фойе установлены четыре елочки, все украшено новогодними разноцветными гирляндами. Наши художники Наталья Денисова и Марина Кужелева всегда стараются «изобразить» зиму внутри помещения. То есть на 19 дней наш театр серьезно преображается, и действительно – заходишь как в сказку. Неслучайно же у нашего театра есть неофициальное название – Дворец сказок. И мы стараемся ему соответствовать.

Чем театр кукол порадует детвору


— Игорь, здравствуйте. Наталья Петровна меня зовут. Чем порадует детвору театр на каникулах и в праздничные дни?

— Конечно же, своими спектаклями для детей разного возраста — от трех-четырехлетних малышей до ребятишек постарше – до 7 лет. Это «Снежная королева», «Жили-были» по мотивам русских сказок, «Айболит», «Белоснежка и семь гномов», «Волк и семеро козлят». Также у нас в репертуаре украинская сказка «Котигорошко», премьера которой состоялась буквально на днях. Так что, помимо привычного репертуара, будем радовать еще и новым спектаклем, автором которого является Наталья Шейко-Медведева. Сказка идет на украинском языке – с фольклором, с песнями, со змеем, который строит всяческие козни, и, конечно же, с радужным оптимистическим финалом, когда зло повержено, а добро торжествует.

— Сегодня от харьковчан нередко можно услышать: «В театре кукол не был с детства». То есть театр ассоциируется у многих с детским репертуаром. Между тем в театре ставится много взрослых спектаклей. Такого взрослого репертуара нет ни в одном украинском театре кукол…

— У нас серьезный вечерний репертуар – репертуар для взрослых. Это наше достижение, которое берет начало с 1950-х годов, когда руководителем театра стал Виктор Афанасьев. Первый спектакль для взрослых – «Чертова мельница» – был поставлен в 1955 году и до сих пор идет в театре с непременным аншлагом. С тех пор репертуар для взрослых – неизменная визитная карточка харьковского театра кукол.

Сейчас в нашем театре просто огромное количество спектаклей для взрослых: «Простые истории Антона Чехова» и «Вишневый сад» этого же автора, «Женитьба» Николая Гоголя, «Скотный двор» Джорджа Оруэлла, «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова, «Король Лир» Уильяма Шекспира… Взрослые зрители ходят к нам достаточно активно, есть  даже некая напряженка с билетами. Это говорит о том, что мы хорошо держимся на этой волне.

Мистика «Мастера и Маргариты»


— Здравствуйте, Игорь. Это Анатолий звонит. Насколько для вас были интересны образы Мастера и Воланда, которых вам посчастливилось сыграть в разное время в «Мастере и Маргарите»?

— Это, конечно, отдельная история – и в биографии театра в целом, и в моей в частности. Любимый не одним поколением читателей роман Булгакова довольно часто ставился в последние годы в театре и в кино. Эпохальное произведение, за которое, честно говоря, даже страшно браться, потому что написано оно так живо и с такой фантазией, что у каждого по этому поводу есть свои представления. Чтобы поставить такой материал на сцене, перевести на язык театра, нужно обладать большой смелостью, каковой, собственно, и обладал наш тогдашний режиссер Евгений Гимельфарб. Именно он предложил к постановке это произведение. Мы работали над ним три года.

Никогда не думал, что буду играть Мастера. Читая роман в первый раз, любой человек, а актер – тем более, как бы примеряет на себя образ того или иного персонажа. Ищет созвучные нотки в своей душе. Я всегда считал, что моя роль – это Фагот, он же Коровьев. Мне и фактура его нравится, и характер – эдакая чертовщинка… И когда я получил роль Мастера, то очень удивился, потому что Мастера я на себя вообще никогда не примерял. Мне казалось, что это достаточно замкнутый в себе персонаж, болезненный. Но, начав разбираться в образе вместе с режиссером, я понял – да, это мое, мне интересно. Однако через 13 лет пришлось оставить эту роль и уйти на более возрастную – Воланда. И вот уже более семи лет я выхожу на сцену именно в этом образе. Воланд как персонаж – это темная сила, и было безумно интересно попробовать. Многие говорят, что роман мистический, всех, кто играет в этом произведении, преследуют какие-то неудачи, вплоть до болезни. Тьфу-тьфу-тьфу — ничего этого нет в моей жизни. Потому что это всего лишь персонаж, всего лишь роль…

— Какой спектакль как для актера имеет для вас наибольшее значение?

— Как воспитательный момент личности – наверное, все-таки «Мастер и Маргарита» и роль Мастера. А с точки зрения становления как актера – «Тень» по пьесе Евгения Шварца. Мы выпустили его в 1991 году, он шел около 20 лет и игрался неизменным составом. Сейчас этот спектакль не идет, потому что я уже не тот — все-таки Ученому, которого я играл, было 26 лет. А Славе Гиндину, который был моей Тенью, тоже уже не 25. Спектакль, как и человек, – не вечен. Но это была очень серьезная актерская школа, тем более что пришлось впервые в театре кукол выйти на сцену живьем – в этом спектакле задействованы и куклы, и люди. Вот Тень и Ученый — были живые люди, мы работали в паре с огромными ростовыми куклами. И это совмещение дало очень интересный эффект, который запомнился людям. Наши зрители сожалеют, что спектакля уже нет в репертуаре театра кукол.

«Мы сделаем то, чего не делали никогда»


— Игорь, добрый день. Светлана меня зовут. Ведь вы работаете не только как актер, но и как режиссер. Какие спектакли ставите?

— Я ставлю детские спектакли. Их уже семь... В первую очередь хотелось бы отметить «Тайну королевского сада». Совершенно оригинальное произведение. Драматург Ирина Дубровская написала сказку, взяв за основу некоторые мотивы произведений братьев Гримм, но ее история – абсолютно оригинальная. Спектакль дорог мне тем, что я впервые попробовал совместить несовместимое в нашем театре: кукол на ширме и как фон – видеопроекцию в качестве декорации. У нас почти вся декорация – это 3D-графика.

— Как дети реагируют на видеопроекцию?

— Замечательно! Дело в том, что она несет в себе ту эмоцию, которую очень сложно передать статичными декорациями. Например, лес горит – когда зрители видят это на огромном экране, они как будто присутствуют даже не в театральной реальности, а в чем-то более глобальном... Затем мы попытались закрепить успех в «Снежной Королеве» – здесь куклы у нас находятся будто внутри мультфильма. Мне были очень интересны такие опыты соединения двух миров. Последний мой спектакль в этом году — «Белоснежка и семь гномов» — тоже с использованием 3D-графики.

Это очень интересная для меня тема, и я пойду дальше в своих исканиях, потому что есть еще много технических приемов, которые мы не использовали. Хотим все это собрать в очередном спектакле, который выйдет в будущем году. Попытаемся сделать то, чего не делали еще никогда. Говорить, что за спектакль – пока не буду. Работа только начинается, и я не хочу ее спугнуть.

— А с кем вы сотрудничаете во время создания спектаклей?

— Постоянный драматург – Ирина Дубровская — актриса нашего театра и моя жена. Она пишет пьесы довольно давно и довольно удачно. И спектакли, которые мы, по сути, создаем вместе, рождаются в творческих спорах.

Продолжаем сотрудничать с художником Ириной Борисовой, невзирая на то, что она живет за океаном. Она давно уехала в Америку, вышла замуж за бывшего харьковчанина Юджина Мамута, который в 1987-м получил «Оскар» за создание спецэффектов к фильму «Хищник». Но мы ставим спектакли по скайпу. Я ей предлагаю материал, она показывает эскизы, потом прилетает в Харьков, делает основную часть работы, улетает обратно – и дальше продолжаем работать по скайпу. Так мы с ней делали «Тайны королевского сада», «Снежную королеву», «Снегурочку» и сейчас затеваем четвертый спектакль.

Обычные зрители не поняли


— Игорь, здравствуйте. Николай на связи. Многим памятны ваши капустники, которые вы делали вместе с Вячеславом Гиндиным. Имеет ли продолжение эта деятельность?

— Она имела продолжение на протяжении 20 лет – мы ездили на фестивали театральных капустников «Веселая коза» в Нижний Новгород, завоевывали всяческие призы, Гран-при, первые места. Кстати, все наши капустные глупости переросли в некий интересный жанр – капустник театра абсурда. На пространстве СНГ больше никто в этом стиле не работает.

Когда-то Славе Гиндину пришла в голову мысль переделать фильм «Сталкер» под театральную ситуацию. Все оказалось очень просто: слово «зона» заменили на слово «сцена». Театралы восприняли идею на ура – было очень смешно. А вот публика, купившая билеты на гала-концерт, в который вошел наш номер, ничего не поняла. Для обычных людей внутренняя театральная тема не близка. Чтобы понимать всю подноготную, нужно все-таки быть в этой профессии.

В Доме актера и сейчас проводятся традиционные капустники – по окончании новогодних праздников. 15 января следующего года снова состоится такое собрание, и мы что-то будем готовить. Но, конечно, такого, как раньше, к сожалению, уже нет. Ведь капустник – это то, что возникает внезапно, спонтанно. Пришла какая-то мысль – сами порадовались, похохотали, людей повеселили, получили свои аплодисменты и… больше это никогда не играется. Ведь это не репертуарный спектакль…

В Европе стационарных театров кукол нет


— Здравствуйте. Меня зовут Вера Сергеевна. Игорь, сегодня в СМИ нередко звучит мысль, что харьковский театр кукол – театр европейского уровня, о чем свидетельствуют и многочисленные Гран-при, полученные на международных фестивалях. Насколько харьковский театр, харьковские актеры могут быть востребованы в Европе?

— В последнее время мы так замусолили слово «европейский», как будто Европа – это стандарт, которому нужно поклоняться как божеству. На самом деле нет. И наши последние спектакли, которые делает главный режиссер театра Оксана Дмитриева, можно показывать в Европе совершенно спокойно. Они будут интересны европейским зрителям, потому что в них есть общечеловеческая эстетика, которая понятна всем. Немцы или французы могут не понять текст, потому что это Гоголь, Чехов, но в общем и целом то, что происходит на сцене, – некая магия, которая действительно завораживает. Вот в этом смысле наш театр – европейский, да, то есть достигший определенного уровня.
Но все-таки мы — театр репертуарный, что Европе не особенно присуще. Там есть проекты. Собрались, проект сделали, откатали, публика посмотрела – давайте следующий. А о прежнем уже забыли. А наши спектакли идут по десять-двадцать лет, а то и больше шестидесяти, как «Чертова мельница» например. У нас другая специфика.

— Каково ваше впечатление от спектаклей европейских театров кукол?

— Европейские театры кукол – это, как правило, маленькие семейные театрики, которые не имеют четырехэтажного здания в центре города, как мы. Два-четыре человека делают все сами – изготавливают кукол, выступают в разных городах. Тем не менее это довольно интересно, у нас такого нет. Это не наша история, не наш менталитет. Когда-то приезжали ребята из Германии. Походили по нашему театру, посмотрели фотографии, спрашивают: «Труппа возит портреты с собой?». «В каком смысле возит?», — интересуюсь. «Ну вы же переезжаете с места на место?», — говорят. «Нет, мы здесь живем и работаем, это наше здание», — отвечаю. Немцы были в шоке — у них стационарных театров кукол нет вообще.
Личное дело
Игорь Акимович Мирошниченко родился 13 августа 1964 года в Харькове. В 1985 году окончил Харьковский институт культуры. В 1985–1986 годах работал актером в Ровенском областном театре кукол. С 1986-го по настоящее время служит в Харьковском государственном академическом театре кукол им. В.А. Афанасьева. В 2007-м окончил заочно ХГУИ (ныне ХНУИ) им. И. П.  Котляревского по специальности «режиссер театра кукол». За время работы в Харькове сыграл несколько десятков ролей, поставил семь спектаклей. Заслуженный артист Украины.
Жена – актриса ХГАТК им. В.А. Афанасьева Ирина Рабинович, пишущая под псевдонимом Ирина Дубровская.

Нашли орфографическую ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter


Лента новостей17 января

Вся лента новостей

Архив новостей

Программа "Новини Р1"Лого телеканал Р1
Эксклюзивное интервью на Р1Лого телеканал Р1

Гость "ВХ" на Р1Лого телеканал Р1

Телеканал Р1 на youtube

Выбор читателей

О нас Реклама Подписка
  • Facebook
  • Вконтакте
  • Twitter
  • rss

Курсы валют от НБУ

10 RUB 5.0813 грн
100 EUR 3504.21 грн
100 USD 2865.26 грн


Новости от за посиланням
Загрузка...
Загрузка...
Афиша кинотеатра "Kronverk Cinema" Дафи