Гость редакции «Вечернего Харькова» — главный дирижер Харьковского национального академического театра оперы и балета им. Н. Лысенко Дмитрий Морозов.

— Дмитрий Петрович, здравствуйте. Меня зовут Ирина. Вы назначены главным дирижером ХНАТОБа относительно недавно – осенью минувшего года. А где работали до этого?

— Почти десять лет служил в харьковском театре оперы и балета — с 2002-го по 2010-й работал здесь дирижером. С 2004 года был главным дирижером Харьковского молодежного оркестра, работал в Днепре главным дирижером камерного оркестра и солистом-органистом Дома органной и камерной музыки. Затем три года был главным дирижером в Киевском национальном театре оперетты. Работал также главным дирижером оперного театра за пределами Украины. А потом вновь вернулся в Харьков. И вот с октября прошлого года возглавляю музыкальную часть ХНАТОБа.

— То есть в этом театре вы – не новичок и, скорее всего, знаете его досконально. Что бы хотелось поменять?

— Я уже многое начал менять. Во-первых, подход к формированию репертуара, отношение к рекламе и исполнителю в целом, то есть вообще к процессу. Я — человек, который мыслит стратегически. Я вырос в этом театре, знаю его потребности, достоинства и недостатки. Еще в студенческие годы, будучи учащимся музыкального училища, приходил сюда на репетиции, на спектакли. А в театр приходишь либо на 15 мнут, либо на всю жизнь. Наверное, я пришел на всю жизнь – загорелся театром, полюбил его от кулис.

Раньше здесь совершенно безобразно формировался репертуар. Он не был расписан более чем на три-четыре месяца вперед. В этом году мы пошли по европейскому пути и вместе с дирекцией, командой главных специалистов, сформировали репертуар до конца театрального сезона — до 8 июля 2018 года. Такой подход используют все крупные театры мира, которые во многом являются законодателями оперно-балетной моды.

А отсюда и все вытекающие последствия — это правильно сформированная реклама. Когда четко знаешь, что 25 марта у нас премьера «Отелло» — отдел рекламы уже понимает, когда запускать рекламную кампанию, как правильно поднять продажи. Естественно, спектакли, которые раньше считались некассовыми и были таковыми именно в результате неправильного формирования репертуара, становятся кассовыми. Потому что, какими бы сложными ни были времена, люди все равно будут стремиться к прекрасному. Ведь хочется как-то отключиться от обыденности, отдохнуть от быта – например, прийти в театр, увидеть что-то прекрасное, недосягаемое. Возможно, кому-то захочется связать свою жизнь с театром. Многие родители стремятся привести ребенка в театр, привить ему хороший вкус, приобщить к высокому искусству, к национальной культуре. У нас много спектаклей из национального репертуара – «Наталка-Полтавка», «Тарас Бульба», «Запорожец за Дунаем», «Черевички».

Таким образом, постепенное выравнивание репертуарной политики и правильное формирование рекламной работы приводит к тому, что постепенно мы превращаемся в посещаемый театр. И я уверен, что через несколько лет мы станем одним из лучших театров Европы.

В искусстве – как в спорте


— Добрый день. Меня зовут Евгения. Дмитрий Петрович, любой театр стремится ставить новые спектакли – есть ли у вас какие-то наброски?

— Безусловно. Мы уже знаем приблизительно, что хотим ставить и в каком ключе. Есть задумка ставить спектакли, которые больше нигде не идут. Это эксклюзив, наша марка. Долгое время спектакля «Отелло» не было в Украине – сейчас мы его поставили. «Самсон и Далила» – кроме нашего театра, нигде в Украине этот спектакль не идет. Мы первыми поставили «Турандот», а потом уже начали ставить и другие украинские театры. И вот эту эксклюзивность мы все время будем стараться поддерживать. Ну и, конечно же, — художественная ценность. Те сочинения, которых мы касаемся, проверены временем и действительно имеют музыкальную и культурную ценность.

— Что нового появилось в репертуаре театра?

— В феврале мы готовим премьеру оперы итальянского композитора Руджеро Леонкавалло «Паяцы». Ставит ее Виктория Михайловна Лацюк, она из Киева. Будет выпускать спектакль и как дирижер, и как режиссер. Премьера состоится 24 и 25 февраля. В марте – ко Дню театра – мы готовим постановку оперы Джузеппе Верди «Отелло» без купюр. В двадцатых числах апреля — премьера балета Пуни «Эсмеральда, или Собор Парижской богоматери». В конце мая — премьера оперы Петра Ильича Чайковского «Иоланта». А затем еще одна балетная премьера и фестивальные дни -- мы покажем лучшие спектакли сезона. В каждый из спектаклей пригласим кого-то из звезд оперного и балетного искусства.

В этом году мы так распределили силы, что имеем возможность готовить премьеры в спокойном режиме, несмотря на плотный график текущего репертуара. Каждый месяц в нашем театре премьера – такого здесь не было давно. Режим работы, конечно, очень напряженный, но это интересно. Заходишь в театр и видишь, как четко организован процесс, все люди при деле. Балет, хор, солисты – работа кипит. Ты испытываешь какую-то радость и гордость, потому что только так можно совершенствоваться, добиваться постоянного роста. В искусстве нельзя стоять на месте. Это как в спорте – либо ты поднимаешься по ступенечкам вверх, либо резко падаешь. И сейчас у нас действительно  наблюдается подъем.

— Предусмотрены ли в репертуаре произведения современных композиторов?

— Конечно. Я специально не сказал об июньской премьере – запланирована постановка балета «Катерина Билокур» Леси Дичко. Пока завесу тайны я приоткрывать не буду. (Катерина Билокур – украинская художница-самоучка, которую Пабло Пикассо назвал гениальной. В 1983 году композитор Леся Дичко создала балет об этой удивительной женщине. – Прим. ред.)

На сцене ХНАТОБа поставят мюзикл


— Здравствуйте. Вас беспокоит Степаненко Евгений Алексеевич – постоянный зритель и читатель. Дмитрий Петрович, слышал, что вы собираетесь ставить мюзиклы. Стоит ли это делать на оперно-балетной сцене?
 
— Дело в том, что мюзикл – это очень сложный, непростой жанр. И чтобы его поставить, нужно подготовить труппу. В этом сезоне у нас был эксперимент, на мой взгляд, весьма успешный. Мы сделали совместный проект с американцами, который называется «Путь к Бродвею». Мы его показывали два вечера подряд, и каждый раз с аншлагом.

Американская команда привезла с собой ноты, подготовила здесь певцов и танцоров – непрофессионалов. У них такой нюанс, направленный на популяризацию своей американской музыки. Я возглавлял музыкальную часть. И как показал успешный опыт, наша публика имеет большой интерес к такого рода спектаклям и концертам. Однако чтобы поставить мюзикл, потребуется не год и не два. В планах следующего сезона — к Новому году сделать программу «По страницам золотых бродвейских мюзиклов», включив в нее самые популярные концертные номера – такие, как «Кабаре», «Целуй меня, Кэт», «Чикаго» и многие другие. Хочется сделать грандиозное шоу, которое, я уверен, будет пользоваться успехом как у харьковчан, так и у гостей нашего города.

— А не считаете ли вы этот жанр слишком легкомысленным для театра оперы и балета?

— У нас в стране очень однобокое, примитивное отношение к легкой музыке. Легкая музыка — легка для восприятия, но отнюдь не для исполнения. Почему-то Венская филармония не стесняется практически каждый год 31 декабря играть новогодний «Штраус-концерт». И все понимают — это национальная музыка, австрийский национальный герой. Однако сказать, что произведения Штрауса просты для исполнения, нельзя. Его музыка имеет свою специфику.
Так и в мюзикле – существуют свои сложности, и немалые: и стилистические, и жанровые. Ведь он построен больше на симфоджазовых элементах. А такую музыку надо уметь играть. Нужно, чтобы дирижер знал, как это все играется...

Нужны время и команда


— Дмитрий Петрович, добрый день. Меня зовут Виктор Павлович. Интересно, что входит в обязанности главного дирижера и насколько они отличаются от задач рядового дирижера?

— В принципе, обязанности отличаются немногим. Но это немногое включает в себя очень многое. Первое – это организация труда остальных дирижеров, правильное распределение сил и репетиций. Сегодня, например, у меня в театре шесть репетиций одновременно, и все продуктивны. Правильное распределение работы и нагрузки — залог успеха любого театра и главного дирижера, который возглавляет музыкальную часть. Настоящий главный дирижер должен прекрасно понимать, кто на что способен, и ставить  задачи сообразно талантам, способностям, характеру, темпераменту. Чем сильнее каждый в отдельности – тем выше по уровню наш театр, наша труппа.

Я часто общаюсь с людьми, которые посещают разные театры и могут себе позволить посмотреть спектакль, например, в Вене, Берлине или Париже. И многие отмечают: далеко не каждый европейский театр может сыграть, скажем, «Лебединое озеро» на таком же уровне, как наш оркестр. Чайковский – русская классика и требует определенной техники игры. А мы учимся у австрийцев исполнять Штрауса, Моцарта.

Я не очень люблю словосочетание «идем в Европу». Нам тоже есть что показать. И в Америке есть театры, и в Австралии есть театры, и в Эмиратах. Так что надо идти в мировую оперную культуру и занимать там свое достойное место.

— Насколько реалистичны столь амбициозные планы: доказать , что ХНАТОБ – лучший музыкальный театр не только в Украине, но и в мире?

— Его можно сделать одним из лучших. И это вовсе не амбициозные планы – это реалии. Я много смотрел, изучал, разбирался, как организуется процесс. И я понимаю, как его нужно организовать, чтобы добиться очень больших результатов. Для этого нужна команда – команда есть. Театр — это командная игра.

— Сколько времени потребуется, чтобы достичь результата и показать высокий уровень харьковского театра?

— Пять-семь лет.

— А что для этого необходимо?

— Работать. Каждый день работать. Правильно формировать репертуар, правильно подбирать команду, искать сильнейших. Есть главные дирижеры, которые любят работать рядом со слабыми, чтобы выделяться на их фоне. Я люблю сильных, даже тех, кто в чем-то сильнее меня. Я с ними расту, а со мной растет команда, да и весь театр в целом. Да, я не скрываю – хочу поставить Вагнера. И я его поставлю. Но мне нужно время. К этому надо подготовиться.
Приведу пример. Около десяти лет назад, будучи главным дирижером Харьковского молодежного симфонического оркестра, я взялся за Скрябина. Тогда мне все говорили, что это невозможно. А я записал. Никто на тот момент в Харькове, хотя брались многие, не мог его исполнить. Вторая моя победа – Балакирев. Тоже никто не мог записать – я записал. Для человека нет ничего невозможного – нужно только хотеть и знать, что ты профессионал. Для этого нужны время и команда – все остальное человеку подвластно.

Личное дело
Дмитрий Морозов – выпускник Харьковского музыкального училища (1995 г.) и Харьковского национального университета искусств им. И. Котляревского по специальности «хоровое дирижирование» (1999 г.). Совершенствовался в дирижерском мастерстве у лауреата Государственной премии СССР Евгения Светланова (РФ) и итальянского маэстро Луиджи Челегина. С 2002-го по 2010-й – дирижер ХНАТОБа им. Н. Лысенко. В 2010–2011 гг. – дирижер Воронежского оперного театра (РФ). В 2011–2014 гг. – главный дирижер Киевского национального театра оперетты. Является основателем фестиваля Оpen air 2012–2014 гг. в г. Буча Киевской области. Работал по контракту в Каирской национальной опере (Египет). С сентября 2015-го  – дирижер, а с  октября 2017-го – главный дирижер ХНАТОБа им. Лысенко.
На протяжении последнего десятилетия сотрудничает с Молодежным симфоническим оркестром ХНУИ им. И. Котляревского.