Клепать статьи к знаменательным датам — гиблое дело. Где конъюнктура, там и спешка, а где спешка, там и ошибки. А за ошибки приходится отвечать. Случается, что и за чужие — тоже.

В начале 1930 года сотрудник «Харьковского пролетария» Наумов сотворил благонамеренную брошюрку «Шесть лет борьбы и побед». Смысл «шедевра» сводился, в сущности, к одной фразе: «Без Ленина по ленинскому пути». Творение поступило в продажу как раз к соответствующей годовщине смерти «великого вождя». 

Среди банальных благоглупостей в брошюре обнаружился оригинальный рецепт скорейшего продвижения к светлому будущему. Для этого необходимо было «избавиться от пройдох и тех, которые присосались к правящей партии бюрократов и чинуш». 

Столь метких характеристик любимой ВКП (б) в открытой печати не появлялось уже давно. Да и не должно было появиться. Просто в процессе набора потерялись запятая и предлог «от»: «от бюрократов и чинуш». И без того натянутые отношения между «харьковским пролетарием» и типографией им. Блакитного перешли в стадию холодной войны. Газетчики победили с разгромным счетом. На обвинение в «безответственной травле» типографских рабочих они ответили обвинением в «политическом хулиганстве». И даже предъявили доказательства. 

Журналисты окружной газеты благородно вступились за «братьев меньших» — заводские многотиражки. Типография эффектно подставила газету «Канатка». В одной из статей после слов «ми хочемо будувати свою, робітничо-селянську державу» следовала фраза «це не наша справа». Она же фигурировала и в рубрике «Безбожник у станка» газеты «Генератор». Многотиражка ГЭЗа (ныне — ХЭМЗ) набиралась в один день со злосчастным номером «Канатки». Из-за чьей-то «недопустимой халатности» весь антирелигиозный пафос спецвыпуска, приуроченного к Рождеству, благополучно испарился. 

Не прошло и месяца, как «Генератор» снова осчастливили. Развернув газету, посвященную годовщине смерти Ленина, рабочие изрядно удивились. Задумчиво глядя с первой полосы многотиражки, покойный Ильич настойчиво призывал их к «капиталистическому строительству». Но не так то просто обмануть советского трудягу! «Вредитель думал выбить из наших рук в ленинский день вернейшее орудие пролетариата — большевистскую рабочую печать. Этот замысел нами разгадан, разоблачен и отбит!» — гласила резолюция заводского собрания. Типография получила очередной выговор. 

Случались, однако, и такие ляпсусы, в которых при всем желании невозможно было обвинить наборщиков. Бьющая через край инициатива журналистов приводила к не менее интересным результатам. Кому-то пришло в голову бороться с лентяями и прогульщиками оригинальным методом — помещать их портреты на первой полосе главной газеты Харьковщины. С соответствующими комментариями, разумеется. 

Номер от 15 февраля 1930 года отличался нетривиальным соседством. Рядом с портретом товарища Сталина и даже чуть выше оного красовался портрет куда менее известной личности — товарища Макарова. Тут же присутствовало исчерпывающее пояснение: «Зав. складом ГЭЗ. Проявил себя как нераспорядительный хозяйственник и негодный администратор. По таким не равняйтесь!» А если бы подписи перепутали?! 

Но, по-видимому, доверие журналистов к печатникам, несмотря на все проколы последних, оставалось достаточно высоким. Чего нельзя сказать о военных. В апреле 1930 года «Харьковский пролетарий» едва не сорвал боевую учебу двум подразделениям 23-й стрелковой дивизии. В приказе по отдельной роте связи перепутали даты призыва на переподготовку, а саперов и вовсе напугали «двотижневими» сборами вместо положенных «дводенних». 

С 14 марта газета стала издаваться на украинском, и ошибки можно было смело списывать на его незнание. Вот только с датами получалась загвоздка: цифры, как назло, писались одинаково на всех европейских языках. Эх, жаль…