Харьковский государственный академический украинский драматический театр им. Т.Г. Шевченко по традиции начинает сезон еще в августе, представляя зрителям постановки малой сцены.

Но театралы-гурманы с нетерпением ожидают вызревания первых осенних театральных плодов, когда стартует большая сцена.

Время шума


Уже больше века театры, рискнувшие выглянуть из-за отделяющей зал от сцены «четвертой стены», пытаются показать изнанку театральной жизни. Вспомним эксперименты Всеволода Мейерхольда, Евгения Вахтангова, знаменитые артистические кабаре начала ХХ столетия, прославившиеся актерскими капустниками и пародиями на современные театры.

Моментами желание так вот ехидно выглянуть из-за кулис или поговорить о театре как таковом почему-то обостряется. Может, сама окружающая действительность входит в особую стадию, от которой буквально возникает шум в голове, или от этой действительности хочется как-то отгородиться. Как бы то ни было, в харьковском театральном мире эта тема в последнее время становится актуальной. Так, недавней премьерой Оксаны Дмитриевой в театре кукол стала «комедия театра преступлений» по пьесе Жака Превера «Дети райка».

А вот Александр Ковшун для традиционного премьерного показа конца сентября – начала октября остановил свое внимание на комедии известного британского драматурга Майкла Фрейна Noises Of» («Не шуметь»).

Не шуметь


Noises Of, идущая под разными наименованиями («Театр», «Безумные подмостки», «Шум за сценой»), – самая известная из пьес Майкла Фрейна. Фрейн –личность своеобразная: репортер, переводчик, писатель. Сначала он стал известен как романист, получив подряд две награды – премии Сомерсета Моэма и Хоторндена. Но со временем всерьез увлекся драматургией и неоднократно попадал в список претендентов на наиболее престижную театральную награду Великобритании, вручаемую Театральным обществом Вест-Энда (известную с 1984 года как премия Лоренса Оливье), в номинации «Лучшая новая комедия». И даже числился в списке первых ее лауреатов в 1976 году -- году учреждения. Второй раз он взошел на британский театральный Олимп в 1982 году с Noises Of». Кроме того, Майкл Фрейн известен и как переводчик произведений Антона Чехова – в частности, таких его пьес, как «Вишневый сад», «Три сестры», «Дядя Ваня».

Причины успеха пьесы «Шум за сценой» очевидны: она написана, что называется, кровью автора – после того как Майкл Фрейн поприсутствовал на репетициях одного из своих произведений. Сводящий с ума шум, неминуемо возникающий в таких ситуациях, и подсказал драматургу новый сюжет.

Пьеса действительно довольно остроумна и забавна, хоть и грешит некоторым многословием, особенно в медленно разворачивающемся первом акте. Но во втором зрителей буквально ошеломляет каскад шуток, трюков, гэгов. И совершенно очевидно, что спектакль будет расти и развиваться, его потенциал сомнений не вызывает.

Шуметь иль не шуметь?


Александр Ковшун самим названием спектакля ставит зрителя перед парадоксом: так шуметь или не шуметь? И что есть театральный шум? Не секрет, что лишний шум возникает в театре (а может – и не только в нем), когда творческая атмосфера утрачивается и актеры значительно больше концентрируются на выяснении личных отношений, утверждении собственных амбиций, чем на работе над постановкой. Что, собственно, и губит спектакль, с которым гастролируют герои пьесы Майкла Фрейна.

Режиссер ни в своем «театре в театре», ни за кулисами шума не допускает. Вся творческая группа работает как слаженный механизм. Особенно это ощущается во втором акте, когда кажется, что артистам предоставлена полнейшая импровизационная свобода. Однако эта легкость – не более чем иллюзия.

Все тщательнейшим образом выверено, ведь актеры работают в непростой ситуации. Объемная двухэтажная конструкция, созданная сценографами Татьяной Савиной и Тамарой Левшиной, дает возможность параллельного действия в условных «на сцене» и «в закулисье», что еще больше усложняется действием в реальном зале. Артисты, ведущие диалог, иногда не только не видят, но и не слышат друг друга. И малейший сбой может привести к такому же сокрушительному обвалу, под которым погиб спектакль персонажей фрейновской комедии. Точно выстроенная режиссером тонкая грань между жизнью и театром – одна из значительных удач постановки, как и целый ряд впечатляющих актерских работ.

Шумящие на сцене


Оба актерских состава достаточно сбалансированы, в каждом имеются свои нюансы. Пожалуй, наиболее существенно различаются образы режиссера Ллойда Далласа в исполнении народного артиста Украины Владимира Маляра и заслуженного артиста Украины Валерия Брылева. Даллас у Маляра – это жестковатый ироничный человек, несколько циничный и безумно уставший от всего этого ненужного шума. Об этом свидетельствуют грубоватые, подчас желчные интонации, резкость в пластике актера – будто двух льнущих к нему надоевших девиц режиссеру хочется не притянуть, а оттолкнуть. Совсем иной в этой роли Валерий Брылев. Его герой мягок, обаятелен, терпим, стоически выносит неизбежные в театре накладки. И только во втором акте он окончательно сдается под напором обстоятельств, рушащих его творческие и личные планы, хоть до конца не оставляет попыток спасти распадающуюся конструкцию.

По-своему интересны обе исполнительницы роли Дотти Отли – заслуженная артистка Украины Майя Струнникова и Елена Приступ. Хлопотливо нервны и выразительны обе окончательно запутавшиеся в наслаивающихся обстоятельствах героини Майи Струнниковой – и актриса Дотти, и ее персонаж миссис Клакетт. У Елены Приступ дистанция между этими двумя образами больше: первая – неуверенная в себе, тревожная, а во втором действии полна возмущения, вторая – подчеркнуто наивна, слегка заторможена.

Манерная особа, посредственная актриса и редкая сплетница, глаза которой буквально загораются при возникновении пикантных ситуаций, – такой Оксана Шопина представляет свою героиню Белинду Блеяр. Эту роль артистка пока исполняет с обоими составами, ее коллега заслуженная артистка Украины Татьяна Гриник войдет в спектакль позже.

Органична в изображении красотки Брук Аштон Инна Островская, а дебют в этой роли Виктории Шматько нельзя не признать удачным. На месте и обе исполнительницы роли Поппи -- Ирина Роженко и Дария Новикова. Яркими были некоторые находки в образе актера Гарри Лежена и у Андрея Бориса, и у Романа Фанина.

Много смешных моментов создает в роли Селздона Моубрея заслуженный артист Украины, один из старейших актеров театра Гарри Чумаченко. Его персонаж – такой себе благостный «тихий омут, в котором черти водятся». А народный артист Украины Юрий Евсюков акцентирует другие качества этого героя: грубоватость, силу, напоминающую о бесконтрольности стихии, сносящей преграды цивилизации.

Довольно неожидан Фредерик Феллоуз (он же Филипп Брент, он же Шейх) в исполнении Дмитрия Петрова, которого чаще воспринимают как романтического или драматического героя. Тем выигрышней выглядят используемые актером комические приспособления, неожиданные мимические реакции. Это же явное противоречие между собственными физическими данными и беспомощностью, туповатой вялостью или неожиданной экспрессивностью своих персонажей обыгрывает и Дмитрий Чернявский.

Михаил Терещенко нашел немало красок для образа рабочего сцены Тима Олгуда. И наконец совершенно уморителен в этой же роли Даниил Карабейник – выразительная мимика его подвижного лица, удачно найденный иностранный акцент создают образ на удивление странного британца с несколько восточной внешностью, что усиливает комический эффект.

Иные шумы


Поскольку театр им. Т.Г. Шевченко – коллектив большой и его мощностей хватает, чтобы работать над несколькими спектаклями одновременно, уже на 15 декабря на малой сцене запланирована очередная премьера «Эдит Пиаф. Бесконечная любовь» по автобиографической книге известной французской певицы. Собственно, это новая версия проекта, имевшего успех на подмостках Дома актера. Премьера постановки Олега Русова состоялась в юбилей актрисы театра Татьяны Турки, а теперь в несколько измененном варианте начнет жизнь на сцене шевченковцев.

Параллельно с этим молодой режиссер Лилия Петренко начинает работу над постановкой для детей, премьера которой будет приурочена к новогодним праздникам. Это любимая многими зрителями сказка «Бременские музыканты».

Весной 2020 года театр хочет выпустить еще две премьеры. В апреле Александр Ковшун планирует представить свое видение трагедии Альбера Камю «Калигула». А заслуженный деятель искусств Украины Александр Аркадин-Школьник собирается реализовать масштабный сценический проект – воплощение романа классика украинской литературы Панаса Мирного «Повія». Премьерные показы ожидаются 15-16 мая.

Интересной и интенсивной будет у шевченковцев работа и в конце весны – начале лета. Пьеса, которая заинтересовала в свое время Майкла Фрейна как переводчика, давно привлекла внимание заслуженного деятеля искусств Украины режиссера Степана Пасичника. Его версия «Дяди Вани» увидит свет или в конце этого или в начале следующего сезона. Не так давно Степан Пасичник уже обращался к произведению Антона Чехова со студентами Харьковского университета искусств им. И.П. Котляревского, и его интерпретацию называли одной из интереснейших постановок Учебного театра за много лет. Зная своеобразие творческого почерка режиссера, от будущей премьеры можно ожидать очень ярких и глубоких впечатлений.