Открытие рынка земли убьет мелкого фермера. А нет фермера — нет села, нет развития громады.

Такое мнение высказала председатель Ассоциации фермеров и частных землевладельцев Харьковской области Светлана Гапоник в программе «Точка зрения» на телеканале Р1.

 Не уничтожайте фермеров


— Сегодня активно обсуждается земельная реформа, в частности формирование рынка земли, снятие моратория на продажу земли сельскохозяйственного назначения. Обществом инициатива воспринимается неоднозначно. Но вместе с тем инициаторы законопроекта приводят результаты социсследования, согласно которому 75% населения сегодня выступает за введение земельного рынка. Какова позиция тех, кто непосредственно работает на земле и планирует работать дальше?
— Согласно статье 13 Конституции Украины, земля, недра, атмосферный воздух, водные и другие природные ресурсы являются объектами права собственности украинского народа. То есть это собственность не только тех, кто работает на земле, а нас всех – моя, ваша, ваших детей, внуков, правнуков. Это наше будущее.

Откуда взялись пайщики? Были колхозы. Землю, им принадлежащую, распаивали и отдавали людям, у которых не было ни техники, ни кредитования, ни инструментов, чтобы они создали малый и средний бизнес. То есть людям, которые просто работали в колхозе. Многие из них этой землей просто не воспользовались.

— Возможно, люди, которым достались паи и которые не намерены обрабатывать эту землю, смогут ее продать тем, кто  будет на ней работать? У фермеров появится возможность покупать землю.

— Пайщик и фермер. Пайщик получил землю и никогда на ней не работал, а только получал деньги от фермера, который ее обрабатывал. Фермер же работал на этой земле, взяв паи у другого человека и начав их обрабатывать. И сейчас у него хотят забрать эту землю – он должен будет ее выкупить. Так он ее уже выкупил десять раз.

Я лично говорила президенту: пожалуйста, не уничтожайте людей, у которых земля в постоянном пользовании. 26 тысяч — это огромная цифра. У большинства из них такая проблема, и никто на них не обращает внимания. Обращают внимание только на тех, кто никогда не работал на земле и хочет ее продать. Да купите у них эту землю и дайте право владения тем, кто на ней работает. Дайте людям право работать на земле — тем самым фермерам. А вы хотите ее продать. Что значит продать? Если вы ее продадите – никогда назад не получите. Никогда!

К закону под номером 2178-10 ученые дали 14 листов с изложением некорреляции с другими законами. И мы вносим такой закон на голосование? Это же безобразие. В нашей стране все хотят продать, продать, продать – ничего больше нет, только одна земля и осталась.

У мелких фермеров нет средств для выкупа земли


— То есть вы выступаете против отмены моратория на продажу земли, против введения рынка земли. Возможно, у вас есть какая-то альтернатива: законодательство о рынке земли может быть принято в другом виде и стать эффективным?

— Все законы, которые сейчас поданы на рассмотрение в Верховную Раду в отношении земли, нужно отложить. Согласно новациям: открывается рынок земли и  параллельно проводится ее инвентаризация. Давайте же сначала разберемся с землей, инвентаризируем ее, посмотрим, откуда она у кого взялась, купили ее или не купили, правильно это или неправильно, посмотрим на людей, которые работали на этой земле. Зачем уничтожать человека, который брал землю, обрабатывал ее, его семья на ней работает. Зачем нужно уничтожать фермера?

— Почему вы все время говорите об уничтожении фермерства? Какие конкретно факторы говорят о том, что с введением рынка земли фермеры действительно пострадают?

— Я буду говорить о себе. Я фермер, у меня есть фермерское хозяйство. Мама умерла, осталось 30 гектаров земли, на которой мы работали. И землю забрали. Я в своем возрасте уже не смогу ее купить. Мои дети уехали из села…

— То есть фермер, который не имел каких-то сбережений, заниматься фермерством уже не может?

— Для людей, которые хотели бы выкупить землю, не создано никаких условий. Раньше были хорошие государственные программы, и мелкие фермеры поверили государству, поверили, что можно взять кредиты практически безвозмездно – под 1–2% годовых. Это было правильно. Можно было купить технику. Существовало возмещение средств за материал. Можно было создавать кооперацию. И они выбрали этот фермерский миллиард. На нынешний год было заложено 800 тысяч, денег еще осталось много. А на следующий год вообще ничего не закладывают.

Нам говорят, что семь миллионов людей хотят продать землю. А четыре миллиона частников, которые могли стать фермерами, создать семейные фермерские хозяйства? Им дают на это возможность? Они в тени, в серой зоне.

Я понимаю, что с землей сейчас такие коррупционные схемы проворачиваются, что просто ужас – их нужно раскрывать.

Фермеры не смогут купить землю?


— Вы говорите, что фермеры, когда-то получив от государства на  льготных условиях 30 или 50 гектаров на ведение мелкого фермерства, поверили и начали работу. А сегодня не имеют возможности выкупить у государства эти гектары. Но если в предыдущие годы эффективно велось хозяйствование, то, возможно, эффективный фермер мог за это время сделать какие-то сбережения? Возможно, у инициаторов рынка земли такая мотивация?

— Фермеры зависят прежде всего от погодных условий: вымерзло, намокло, не выросло… Цену на землю ставят такую, что люди и в ноль не выйдут (по предварительным прогнозам, один гектар сельскохозяйственных земель в среднем будет стоить около двух тысяч долларов. – Прим. ред.). Если это крупный фермер, то у него есть какой-то запас, а у малого, который обрабатывает до 500 га, нет «жирового запаса». Если он что-то покупает в кредит, то это на несколько лет.

— А кто определяет цену? И почему именно такие суммы?
— Почему? Чтобы фермеры не могли купить землю. Первый шлаг к этому сделан. Ты малый фермер, у тебя нет такого количества денег – землю не купишь. А кредит в банке мелкому фермеру просто не дадут. Дадут тем, у кого от 30 тысяч до 100 тысяч гектаров, то есть огромным холдингам. А где мы? Мелкого фермера вообще нет. А если нас нет – нет и села, нет развития местного самоуправления, нет объединенных территориальных громад. Дети уедут из села, внуки тоже, а старики просто вымрут…

Без мелкого фермера нет развития громады


— Поясните все-таки связь введения рынка земли и будущее ОТГ, о которых мы сегодня говорим как о перспективе для Украины в контексте децентрализации.

— Допустим, в Украине открыли рынок земли – провели инвентаризацию, разобрались с коррупционерами, не дали возможности покупать землю иностранцам. И есть люди, которые хотят продать свой участок. Так давайте предоставим возможность ОТГ купить землю и отдать в аренду фермерам, которые работают на их территории, живут там. Они будут заботиться о школах, детских садах, которые посещают их дети, о дорогах, по которым они ездят. Ведь фермер живет в том или ином селе и знает всех вокруг. Я пришла в магазин и обо мне все знают: что я ела, что делала и что из себя представляю. А если я как фермер или предприниматель что-то сделала для громады, то все подходят и говорят «спасибо».

— В законопроектах, которые сейчас рассматриваются, такая возможность не предусмотрена?

— Согласно законопроектам один человек может взять 200 тысяч гектаров. То есть вся украинская земля может быть поделена на 20 человек. И все! И мы видим холдинги, которые и сейчас так работают: есть земля, на которой выращивают продукцию, а владелец живет где-то там, порой даже не в Украине.

— И развитие громад от этого, по вашему мнению, будет страдать?

— Да оно просто остановится, потому что не будет поступлений в бюджеты  местных громад. Допустим, если у нас в селе проходит какое-то мероприятие, сельский голова подходит к предпринимателю, к фермеру — просит помочь в его проведении. На детский садик нужно – значит помогают детскому садику, на школу – значит школе… И никто не отказывается. А как поступают крупные бизнесмены? Вот к нам в Печенежскую громаду, где я живу, «зашел» супермаркет – хозяева платят только за землю, и все! Когда зимой сельсовет обратился к ним с просьбой помочь в проведении дня села – они просто не поднимали трубку, на письма по электронной почте не отвечали.

Если мелких фермеров уничтожат – громады не будет, там некому будет жить. Крупные фермеры будут отправлять выращенную продукцию на экспорт, и им никто не запретит, потому что это будет их земля. Они не станут спрашивать у громады, что сеять и что нужно стране. Они не будут отчитываться по севообороту, а это очень важный вопрос, для того чтобы земля была живой и плодовитой. Они будут делать что хотят.

Что символизирует поросенок в гробу?


— Люди, которые митинговали под стенами Верховной Рады, принесли гроб с поросенком как символ гибели фермерства, в частности животноводства. Почему животноводство должно пострадать от введения рынка земли?

— Потому что животных нужно кормить, а для этого нужно где-то брать корм. Ну, допустим, на своих двух-трех гектарах я смогу держать кролеферму, а где мне косить траву, где мне брать комбикорм? А рядом со мной будет иностранец, которому не нужна моя скотина, ему нужно делать поставки за границу.

А продовольственная безопасность страны? Сейчас, с учетом продовольственной безопасности, какое-то количество зерна находится в хранилищах, и если случится неурожай — есть резерв. А иностранец скажет: почему я должен отдавать вам часть выращенной продукции, если я могу ее продать?

— Об иностранцах речь пока не идет, в законе говорится о запрете продажи земли иностранцам…

— В законе говорится, что можно продавать землю частным лицам и конкретно – предприятиям, в том числе и тем, где есть иностранный капитал.

Обещают одно – делают другое


— Имеют ли на сегодняшний день представители среднего и малого бизнеса, фермерства свое лобби в парламенте? Имеете ли вы возможность донести какие-то свои опасения, замечания?

— В законе о фермерском хозяйстве прописано участие Ассоциации фермеров и частных землевладельцев Украины. Там четко указано, что ассоциация лоббирует наши интересы перед президентом, местным самоуправлением и другими структурами.

Мы встречались с президентом Украины Владимиром Зеленским. Я тоже была на этой встрече — конкретно разговаривали, смотрели друг другу в глаза. Порядочный нормальный человек, он нас слышал, записывал, обещал сделать выводы. Когда работали с командой президента, создалось впечатление, что это молодая, энергичная, продуктивная команда, и я радовалась, что у нас есть такие люди. Но почему же тогда они делают такие ужасные шаги? Почему уничтожают нашу страну? В частности, это касается мелкого фермерства. Мы все объяснили, с нами согласились, а в бюджете мы видим другое.

И вот появится закон, где конкретно и четко будет прописано, кто может землю купить – а фермерского класса там нет вообще. А если нет фермера – нет и села, фактически нет и  Украины. 200 тысяч гектаров в одни руки — это же огромная территория! Если мы распродадим землю по 200 тысяч гектаров в одни руки иностранцам – какая гарантия, что они не поставят там заборы и не сделают отдельное подразделение какой-то страны. А как же национальная безопасность?

— Наверное, у вас есть повод обратиться к народным депутатам вашего округа…

— Мы обращаемся к ним регулярно, но реакции не видим.

— Фермеры уже перекрывали дороги, митинговали под стенами парламента… Ваши дальнейшие действия?

— На уровне мирного урегулирования вопроса нас не слышат, а что будет дальше – сказать не могу. Это уже не в моей компетенции.