17 ноября 2019 года ушел из жизни выдающийся харьковчанин, исследователь и хранитель музыкальной истории, основатель и директор общественного общедоступного музея «Обереги музичної Харківщини» Юрий Леонидович Щербинин.

Своими воспоминаниями и мыслями об этом уникальном человеке с читателями «Вечернего Харькова» поделился культуролог, профессор НТУ «ХПИ» Михаил Красиков.

«Незаменимый» — именно этим словом начал свое повествование о Юрии Щербинине Михаил Красиков.

— Когда я только услышал о нем – еще задолго до создания музея — уже тогда понял, что это за человек. Дело даже не в том, что он был «ходячей энциклопедией», рассказывал множество уникальных историй, связанных с музыкой и музыкантами. Щербинин относился к редкой категории людей, которых я называю «хранителями Памяти». Он остро чувствовал всю хрупкость, улетучиваемость наших сведений о прошлом, даже относительно недавнем. Юрий Леонидович неповторим, его не с кем сравнить по тем усилиям, которые он приложил для сохранения памяти о великой музыкальной культуре Харькова.

Главное, кто ты, а не кем были предки


Юрий Леонидович – выходец из знаменитого рода Щербининых.

— С семейством Щербининых дружил Пушкин и даже посвящал одному из членов семьи стихи (Михаилу Андреевичу Щербинину — офицеру, члену кружка «Зеленая лампа», вольного литературного общества при декабристском «Союзе благоденствия», в котором состоял и Пушкин. – Прим. ред.). Очень много значил род Щербининых и для Слобожанщины. Именно в семье Юрия Леонидовича сохранились некоторые предметы, в частности книга, принадлежавшая первому губернатору Слободско-Украинской губернии (позже – генерал-губернатору Харьковского наместничества) Евдокиму Щербинину, памятник которому установлен возле здания Харьковской облгосадминистрации. Теперь она в музее, — рассказывает Михаил Красиков.

Но при этом Юрий Щербинин своего знаменитого родства очень стеснялся, никогда о нем не рассказывал и не поддерживал разговора на эту тему.

— Говорил: нехорошо гордиться предками – это же не заслуга, что ты родился в такой-то семье. Главное, что собой представляешь ты, а не то, кем были твои предки, — рассказывает Михаил Красиков.

Мать отправили в ГУЛАГ как «оставанку»


Во второй половине ХІХ века его предки обеднели и переехали в Александровск – нынешнее Запорожье. Именно там познакомились его родители, а позже перебрались в Харьков – здесь и родился Юрий Щербинин.

— На свет он появился в доме, в котором сейчас находится генеральное консульство России, на углу улицы Максимилиановской – в 1941 году там был роддом, — рассказывает Михаил Красиков. — В двухместной палате на первом этаже лежали жена знаменитого астронома академика Николая Барабашова, которая родила дочку, и Антонина Павловна Лаврова-Щербинина — мама Юрия Леонидовича. На свет он появился за 20 дней до начала войны…

Отец Юрия Щербинина был на тот момент начальником сборочного цеха завода №183 (сейчас – ГП «Завод им. В.А. Малышева»). Вместе с предприятием был эвакуирован в Нижний Тагил. Однако жена с крошечным ребенком, на руках которой были еще и больные родители, осталась в Харькове. Понятно, что в оккупации семье жилось несладко, но еще больше горя принесло первое освобождение Харькова.

— Мать была арестована за то, что, будучи женой ответственного работника, который собирал танки на Урале, осталась в оккупации. Ей это инкриминировали как преступление. Даже термин такой был — «оставанцы», — говорит Михаил Красиков. — Щербинин вспоминал иезуитский ответ на все объяснения матери, почему она осталась: «Вы должны были взять семью и выйти на минное поле». Она прошла ГУЛАГ и, к счастью, после войны вернулась…

Родительские гены


Мама Юрия Щербинина была прекрасной пианисткой, музыкантом, педагогом. Училась у великого харьковского педагога, музыковеда и композитора Семена Богатырева, который воспитал не одно поколение выдающихся музыкантов (он был, в частности, учителем Исаака Дунаевского). Отсюда, наверное, и пристрастие Юрия Леонидовича к музыке.

— Юрий с детства был мальчиком весьма одаренным, ему одновременно хотелось заниматься всем, — продолжает Михаил Красиков. — Он увлекался живописью, рисовал и в зрелые годы – в музее и дома висят его картины. А еще он увлекался конструированием – в этом ему, конечно, помогал отец. У Юрия Щербинина руки были золотыми – экспозиция его музея в большей степени была сделана им собственноручно, как он говорил, «у себя в гараже». И все-таки главной в его жизни была музыка. Любовь к ней началась с «Колыбельной» Чайковского. Эта мелодия проходила по всей его жизни. Он даже говорил, что хотел бы, чтобы его похоронили под эту музыку.

Впоследствии окончил музыкальное училище и начал преподавать. Вскоре в Харьков приехал из Ленинградской консерватории профессор Павел Серебряков и, услышав, как Щербинин играет на фортепиано, пригласил его к себе в Ленинград. Так Щербинин стал студентом Ленинградской консерватории.

Сигара от Жоржа Сименона


— Вы не представляете, что это значило для Юрия Леонидовича. Это город, в котором жили его предки, общавшиеся с Пушкиным. Кроме того, он много времени проводил в музеях, просиживал в публичной библиотеке имени М.Е. Салтыкова-Щедрина, изучал архивные материалы. Тогда он как раз заинтересовался историей Русского музыкального общества и деятельностью Ильи Слатина, который основал в Харькове отделение этого общества, симфонический оркестр, музыкальное училище (сейчас — Харьковское музыкальное училище имени Б.Н. Лятошинского) и консерваторию (сейчас — Харьковский национальный университет искусств имени И. . Котляревского), — рассказывает Михаил Красиков.

Юрий Щербинин вспоминал, какой трепет его охватывал, когда он приходил в диспетчерскую консерватории, чтобы записаться на репетицию.

— Поскольку инструментов было недостаточно, репетиции были расписаны до двух-трех часов ночи. Человек приходил и вписывал себя в свободную клеточку. И представьте себе чувства юного музыканта, который вписывает свою фамилию — Щербинин — между Ростроповичем и Шостаковичем, — восклицает Михаил Красиков. – Кстати, на репетициях легендарного оркестра Ленинградской филармонии он однажды познакомился с Ваном Клиберном, а в другой раз — с Жоржем Сименоном, и писатель угостил Щербинина сигарой – она долго хранилась у Юрия Леонидовича как раритет.

Видел в людях только хорошее


Вскоре тяжело заболели родители Юрия Леонидовича, они уже были в преклонном возрасте. Он вынужден был оставить Ленинград. После окончания Харьковского института искусств имени И.П. Котляревского преподавал в Харьковском музыкальном училище, а затем и возглавил его.

— Ему удалось создать совершенно необычайную дружелюбную атмосферу. Он сам участвовал в «капустниках», которые разыгрывали учащиеся и преподаватели, — улыбается Михаил Красиков. — Юрий Леонидович – человек компанейский, открытый, к нему люди тянулись всегда, потому что доброжелательность его была просто невероятная. И я, и другие не раз слышали от него в свой адрес много хорошего. При этом он всегда жутко стеснялся, когда хвалили его.

Рихтер доверял себя снимать только Щербинину


Юрий Щербинин достаточно долго являлся ответственным секретарем харьковского отделения Союза композиторов Украины. Поэтому ему часто приходилось участвовать в съездах композиторов, где он близко общался со многими легендарными людьми из мира музыки.

— Кроме того, у него была возможность как у члена Союза композиторов отдыхать в доме отдыха этой творческой организации. И там он тоже в неформальной обстановке мог общаться со многими великими, — продолжает культуролог. — Например, очень близко сошелся с семьей Родиона Щедрина и Майи Плисецкой, Микаэлом Таривердиевым. Жена Щербинина, ныне здравствующая Елена Игоревна, и Майя Плисецкая хорошо плавали и вместе заплывали за буйки. А Юрий Леонидович с удовольствием делал фотографии своих новых знакомцев.

Везде щербининские фото


Юрий Щербинин поделился с Михаилом Красиковым очень интересными подробностями о своих встречах с великим пианистом Святославом Рихтером.

— Рихтер терпеть не мог фотографов. Он всегда предупреждал: если в зале будет хоть один щелчок фотоаппарата, хоть одна вспышка — он встанет и уйдет. И единственным человеком, который каким-то чудом получил разрешение снимать его когда и где угодно, был Юрий Щербинин. Даже жена Рихтера удивлялась: «Юра, я не знаю, какой ключик вы подобрали к Святославу Теофиловичу, что он вам все разрешает, поскольку в этом вопросе он совершенно категоричен», — рассказывает Михаил Красиков. — А Щербинин был мастером фотоискусства, и снимки Рихтера, которые ему удалось сделать в Харькове, стали знаменитыми. Сегодня, начиная с «Википедии» и заканчивая всеми альбомами, посвященными Рихтеру, — везде щербининские фото. Знаменитый снимок, где великий пианист стоит в дверях вагона, сделан в Харькове во время отъезда после гастролей.

«Харьков!» — с пафосом воскликнул Козловский


У Щербинина с конца 1950-х годов накопилось десять тысяч фотопленок. И только тысячную долю из них он успел оцифровать.

 — Конечно же, эти снимки бесценны, — говорит Михаил Красиков. — Например, прекрасные фотографии Ивана Козловского. На одном из съездов композиторов Щербинин поднимался по лестнице, а навстречу ему спускался легендарный оперный певец. Юрий Леонидович остановил Ивана Семеновича и попросил разрешения задать несколько вопросов. «Откуда вы, юноша?», — спросил Козловский. Щербинин ответил, что из Харькова. «Харьков!», — с пафосом воскликнул Козловский. И начал рассказывать о том, что его многое связывает с нашим городом, о своем пребывании здесь.

Юрий Щербинин является автором и прекрасной фотографии Ираклия Андроникова.

 – Несколько раз Юрий Леонидович  общался со знаменитым писателем-исследователем и рассказчиком. К нему Щербинина привели поиски портрета Николая Борисовича Голицына (музыкант, музыкальный критик и меценат. Его имя носят три квартета Бетховена. – Прим. ред.), исследованием биографии которого Щербинин занимался, — поделился информацией Михаил Красиков. — И портрет  был найден. Сегодня он широко печатается.

Музей возник из мук совести


Музей музыкальной истории Харьковщины, по словам Михаила Красикова, возник из мук совести Юрия Щербинина.

— Он был знаком со многими людьми – и профессиональными музыкантами, и любителями музыки. Понимая, что у них сохранилась некая коллекция еще дореволюционных программок и афиш, какие-то предметы, принадлежавшие людям из музыкального мира, старики передавали их Щербинину. Видя в нем человека неравнодушного, говорили: «Юрочка, возьми. Я надеюсь, что когда-нибудь ты создашь музей». И он это воспринимал как некое завещание и просто заболел этой идеей, — рассказывает профессор.

К созданию музея он шел долгие годы.

— Что такое музей? Это прежде всего помещение – охраняемое, оформленное, штат сотрудников и т. д. Несколько десятилетий Щербинин и другие музыковеды и краеведы, и я в том числе, поднимали этот вопрос на всех уровнях, — продолжает Михаил Красиков. — Я помню, как в 2013 году Щербинин обратился к мэру с просьбой создать музей музыкальной истории Харькова в доме Слатина на Пушкинской, 55а, где бывали композиторы Чайковский, Рахманинов, Танеев и другие. Кто-то из журналистов, узнав, что такие переговоры ведутся, сделал телерепортаж, и эту передачу посмотрел ректор Харьковского национального университета Воздушных сил имени Ивана Кожедуба, где работал Щербинин. Пришел к нему и говорит: «А почему вы мне не сказали, что у вас есть такие сокровища? Давайте делать музей у нас».

Вопрос с преемником пока открыт

 
На этом Юрий Щербинин не успокоился – он очень переживал, что у него нет преемника, человека, которому он мог бы передать свое дело.

— Этот вопрос и сейчас открыт. Щербинин, конечно, из породы незаменимых. Но я уверен, что музей существовать будет, — утверждает Михаил Красиков. — Думаю, что в этом убеждено и новое руководство военного вуза, потому что это «фишка» университета – все вышестоящие военачальники, которые приезжали в ХНУВС, а также гости, посетили музей и были потрясены.

А еще Михаил Красиков уверен, что музей должен носить имя Юрия Шербинина, на нем должна быть установлена мемориальная доска с барельефом основателя в память об этом выдающемся человеке.

 — Щербинин — одна из величайших личностей в музыкальном мире Харькова, — говорит историк. — И, безусловно, нужно издать его наследие – сделать книгу его статей  (его перу принадлежат более 200 публикаций), интервью, мемуаров, фотографий, рисунков, воспоминаний о нем. В этом году я провел с Юрием Щербининым три встречи в Центральной библиотеке им. И.Я. Франко Новобаварского района в рамках проекта «Я помню...», куда я приглашаю людей солидного возраста поделиться воспоминаниями. В случае со Щербининым одной серией дело не обошлось – три раза по два часа мы общались с Юрием Леонидовичем на публике, и он много чего успел вспомнить. Еще одну встречу в городской специализированной музыкально-театральной библиотеке им. К.С. Станиславского организовала главный библиотекарь Татьяна Бахмет. Я делал видеозаписи всех встреч. Кроме того, в августе, в день пятилетия со дня создания музея, Щербинин провел масштабную экскурсию, которая тоже записана на видео. Я думаю, что все эти материалы будут выставлены на YouTube.

В декабре состоятся два вечера памяти Юрия Щербинина.

 – Первый — «По страницам воспоминаний Щербинина» в рамках проекта «Я помню...» — 12 декабря в 15.00 в библиотеке им. И.Я. Франко (пер. Рубановский, 2), — уточнил Михаил Красиков. – Второй — с воспоминаниями о нем, музыкой и фрагментами видеозаписей —  проведем 20 декабря в 17.00 в библиотеке им. К.С. Станиславского (Инженерный пер., 1а).