В редакции появился симпатичный молодой человек. «Меня зовут Павел, — представился он. — Мне 18 лет». Приятный голос красивого низкого тембра, внимательный взгляд темных глаз. «Можно мне рассказать о себе?» — спросил юноша, встав с кресла. Только тут стало ясно, что рост молодого человека едва достигает подросткового. «Да, 145 сантиметров всего», — грустно улыбнулся Павел…

На детсадовских фото он еще почти не отличался от других ребят, хотя рост стал приостанавливаться, когда мальчику было года два. 

«Это еще было не так заметно для окружающих. Вообще, я до 1996 года был почти нормальным ребенком, хотя уже отставал в росте, — вспоминает Павел. — В том же году мне посоветовали сходить к врачу-ортопеду. Дело в том, что у мамы моей тоже была патология. Болезнь называется хондродесплазия. Она генетически передается только по мужской линии. Если бы родилась девочка, то все было бы хорошо, но родился я», — парень отстраненно посмотрел за горизонт и его глаза, как мне показалось, стали влажными. 

— Очень трудно жить? — напрямик задаю ему вопрос. 

— Да, последние два года просто невмоготу, — на выдохе ответил Павел. — Нет, вы не подумайте, дело не только в материальной стороне жизни, сейчас многим трудно. Просто вокруг меня замкнулся круг одиночества. Последний друг, которого я считал самым верным и надежным и с которым вместе росли, тоже отвернулся от меня. Кому захочется со мной идти рядом? Ведь нам уже по 18 лет, у многих бывших друзей есть девушки. Но я прощаю их за предательство. Каждый делает свой выбор. Наверное, это я должен стать таким, чтобы дружбой со мной гордились. Я точно знаю свой путь, по которому должен идти. У меня нет таких длинных ног, как у других, но зато природа подарила мне хорошие голосовые связки, и мне так хочется пригодиться в этой жизни и приносить пользу. Знаете — лицо Павла вспыхнуло румянцем — когда выхожу на сцену, забываю обо всем на свете. Очень люблю запах кулис, запах театра. Когда же в руках микрофон, то никакие ноги уже не важны. Ведь голосом можно все передать. Мне так хочется рассказать о таком состоянии другим людям. Это — как полет». 

Павел кругами бродил вокруг служебного входа в Театр русской драмы им. Пушкина с единственной мечтой: чтобы кто-нибудь из настоящих мастеров его прослушал. «Это, наверное, моя слабость, я не могу преодолеть себя, — признается Павел. — Так интересно было бы искать мотивы, формировать роль, развивать себя физически. Главное, чтобы была цель». 

Несмотря на диагноз, поставленный врачами, Павел успешно окончил спортивный специализированный класс. Может быть, серьезные занятия дзюдо сделали его крепче и выносливее. Ведь впереди настоящая борьба за место в жизни — и Павел к ней готов. «Тренироваться, участвовать в соревнованиях — это очень интересно, — говорит он. — В спаррингах меня приходилось ставить с ребятами младшего возраста, чтобы совпадали весовые категории, хотя хотелось бороться с достойным соперником. Школа многому научила, — вспоминает наш герой, — но в классе не было ни одной девочки, и это плохо», — застенчиво улыбается юноша. 

Передо мной лежат фотографии двоюродных братьев Павла. Что может чувствовать еще очень юный человек, когда огромная семья собирается перед объективом фотоаппарата, а все двоюродные братья, как на подбор, высокие красавцы, не меньше 180 см? «Ну и что, — говорит Павел, — это же здорово, что они у меня такие красивые. У них у всех востребованные профессии. Я ими горжусь, но и я ведь тоже пригожусь в этой жизни. Так хочется организовать общество людей, которые, может быть, отчаялись и не могут найти сил для жизни. Ведь проблем у многих не меньше, чем у меня. Работая с ребятами в волонтерском отряде, я понял, что это огромное счастье помогать тем, кто слабее тебя, хотя такими громкими словами не принято выражаться. Просто очень хорошо становится, когда кому-то сумел помочь». 

Слушая рассказ Павла о том, как врачи пропустили тот самый судьбоносный момент, когда еще можно было помочь, вколов гормон роста, я ожидала, что парень начнет обвинять медицину во всех своих сегодняшних проблемах, но ошиблась. Павел смирился уже с тем, что он не такой, как все. Но это не значит, что сдался: «Ведь многие люди находятся еще в более тяжелом положении, — говорит Павел. — Несмотря на то, что у мамы рост всего 135 см, мы не лилипуты. Лилипут уже рождается маленьким. У них органы уменьшенные, искажены голоса. Карликовая болезнь совершенно иная. Она формируется, когда у человека переходной возраст. По телосложению я нормальный, ноги у меня одинаковые, никаких патологий». 

Бытовых проблем у Павла, конечно, масса. В супермаркетах например. Четырехэтажные полки предназначены только для высоких. Чтобы дотянуться, приходится просить людей, в основном все относятся с пониманием, но бывают, конечно, и исключения. «Бог с ними... Я ведь учусь сейчас в техникуме на факультете социологии и многое начинаю понимать, что люди бывают разные, — говорит парень. — Бытовые проблемы, конечно, тоже мешают. В санузлах размеры не приспособлены, в троллейбусах высокие поручни, чтобы дотянуться. Мои пальцы также коротки для обхвата таких больших диаметров, но ведь есть люди, которым намного сложнее. Моей маме дали группу инвалидности пожизненно. В моем случае комиссия только будет решать: давать мне инвалидность или не давать. Я не могу каждому на комиссии объяснять все то, о чем рассказал вам, — заключил Павел. — Зато у меня есть цель, которую хочу достичь. Я хочу учиться сценическому мастерству, музыке, вокалу».
Психологи в таких случаях задают вопрос-тест: каким образом, в виде какого материального предмета можно передать состояние включенного инстинкта вашей цели. Павел, не раздумывая, ответил: «Это стрела, пущенная вопреки всему чьей-то крепкой рукой». 

А традиционного вопроса, насколько чувствует себя наш герой несчастным в этом непростом мире, я задавать не стала. 

Павел может и очень хочет быть счастливым, ведь счастье — это та самая стрела, попавшая в цель.