2020 год принес новый мировой экономический кризис, сравнимый с наиболее острым периодом Великой депрессии 1929–1933 годов. А еще – волну торговых войн, крах нефтяных рынков и пандемию вируса Covid-19.


Как это повлияет на мир и на Украину, рассказал интернет-изданию Mind инвестиционный директор группы Sunoil Егор Перелыгин.

Пандемия Covid-19 нанесла масштабный урон глобальным цепочкам поставок, быстро снизила уровень жизни и покупательной способности населения – как в развитых экономиках, так и в развивающихся. Она спровоцировала не просто финансовый или ситуативный экономический кризис, а структурный и системный коллапс традиционной экономической модели.

Триггер для коллапса


Фактическая остановка мировой экономики из-за пандемии и карантина пришлась на очень сложный период. Одни сектора и системы не знали, что делать с избытком ликвидности. Другие не могли воспользоваться моментом и привлечь недорогой долгосрочный финансовый ресурс.

Американский «шельфовый бум» и взрывной рост нефтегазового сектора США привели к серьезным изменениям на мировых сырьевых рынках и на рынках энергоносителей. Торговая война США с Китаем, вышедшая из-под контроля нефтяная война между РФ и Саудовской Аравией и переизбыток предложения на мировых рынках довели сжатие пружины до предела. Но нужен был триггер для нового системного коллапса, и этим триггером стал вирус Covid-19.

Международный валютный фонд прогнозирует сокращение мировой экономики в 2020 году на 3% и последствия худшие, чем наблюдавшиеся во время мирового финансового кризиса 2007–2009 годов. Ожидается, что развитые экономики понесут еще большие потери – на уровне 6%.

С середины января до конца марта 2020 года мировые цены на базовые металлы упали на 15%, на природный газ – на 38%, на нефть – на 65%. МВФ не ожидает стремительного улучшения ситуации на нефтяных рынках до 2023 года, озвучивая ожидаемую предельную максимальную цену в 45 долларов за баррель.

Почему просел нефтегазовый рынок


20 апреля фьючерсы на майскую поставку нефти марки WTI обрушились до небывалых негативных значений, пробив барьер в –35 долларов за баррель. 22 апреля нефть марки Brent упала в цене на 25%. И проблема не в простом сбое спекулятивных систем торговли (хотя реализация фьючерсов финансовыми спекулянтами, трейдерами и хедж-фондами и привела к коллапсу цены), она носит системный характер. Объем мощностей для хранения волшебным образом не увеличился, а добыча продолжается – на рынок поступает 50 миллионов баррелей нефти в неделю.

Хранилища в ключевом нефтяном хабе в Кушинге (штат Оклахома, США) забиты под завязку. Приходится срочно реанимировать нефтебазы, которые находятся на плановом ремонте или на ежегодном техническом обслуживании. Мощности по хранению в Роттердаме и Сингапуре практически заполнены. Индия заполнила 95% всех своих мощностей, в Нигерии они загружены полностью. По мнению многих экспертов (и моему в том числе), при сохранении нынешней динамики поступления нефти места для ее хранения закончатся через три-четыре недели.

Чего ожидать в ближайшем будущем


В Европе в рисковой области оказались некоторые банки, работающие с нефтяным сектором. Вскоре начнутся проблемы у многих трейдеров и операторов. Особое внимание стоит уделить нефтесервисным компаниям: их операционная активность снизится, будут колоссальные убытки.

Мы сегодня наблюдаем абсолютно новую реальность. Вступление в силу соглашения OPEC+ должно немного стабилизировать общую ситуацию в мае, но, скорее всего, эта новая реальность продлится до 2022–2023 годов. Быстро запустить мировую экономику в 2020-м, увы, не получится – и, соответственно, будет наблюдаться существенное проседание промышленной активности и потребительских настроений.

Мой прогноз: цены на WTI не смогут превысить уровень в 20–27 долларов за баррель в текущем году – для этого отсутствуют фундаментальные факторы. В следующие три – шесть недель мы, скорее всего, будем продолжать наблюдать цены в коридоре 10–20 долларов за баррель WTI и 18–25 долларов за баррель Brent. Цена на Brent, вероятнее всего, не выйдет из коридора 20–30 долларов за баррель до конца 2020 года.

А что в Украине


В Украине коридор возможностей по нефтепереработке достаточно узок, поэтому здесь гораздо важнее движение цен на нефтепродукты. Европейские цены на бензин и на дизельное топливо идут вниз, соответственно, их импорт будет дешеветь. Если текущая мировая динамика сохранится, то цены на нефтепродукты продолжат системное падение и у нас в стране.

Сейчас момент истины для Украины. В кризисные времена открывается окно возможностей для реформ и сложных решений. Безусловно, необходимо реанимировать украинскую экономику и принять целый комплекс мер для стимулирования создания секторальных кластеров.

Стоит задуматься над тем, как Украине стать частью глобальных цепочек поставок, какие фискальные стимулы нужны для привлечения внешних и внутренних инвесторов, какие инфраструктурные условия необходимо создать, какие законодательные и нормативные изменения срочно внести.

Также надо ответить на вопрос, как наполнить сектора с высокой капиталоемкостью и высоким уровнем добавленной стоимости долгосрочным финансовым ресурсом. Может, пора задуматься о собственном банке развития, как это когда-то сделала Республика Корея со своим Korea Development Bank? И еще: Украине критически необходим развитый и здоровый нефтегазовый сектор, представленный абсолютно всеми сегментами: от разведки и добычи до переработки и сбыта.