При нынешней власти экономика никогда не выйдет из затяжного кризиса. Своей политикой государство искусственно взвинчивает цены – продукты дорожают даже в локдаун. Социальные гарантии для наиболее нуждающихся не работают. Зачем вообще такое государство? Своими размышлениями поделился в программе «Точка зору» на «Телеканале р1» заслуженный экономист Украины Александр Кирш.

Врачи совершают подвиг за гроши


– Карантин продолжается. Большинство областей – в красной зоне. Есть ограничения по работе различных заведений, учреждений, бизнеса, предпринимателей... Прошел год пандемии. Как правительство справилось с ситуацией?

– Да никак не справилось. Идет видимость борьбы. Даже с вакцинами ситуация абсолютно непонятна. С одной стороны, говорят, что никто не хочет прививаться, а с другой – вакцины на всех не хватает. Разъяснительная работа с народом не ведется. Многие врачи отказываются прививаться. Вряд ли можно назвать нормальной ситуацию в стране, где сами медики боятся прививки.

Зато с предпринимателями идет вполне эффективная борьба. То есть угроза смерти от болезни просто подменяется угрозой смерти от голода. Когда нет работы, любые подушки безопасности, если они вообще были, у людей заканчиваются.

Говорить о том, что правительство справляется, не приходится. И министр охраны здоровья не справляется – его нужно менять. Только непонятно, на кого... Врачам низкий поклон – они действительно совершают подвиг за гроши. Однако это не оправдывает нашу медицину в целом — она не должна так функционировать в столь серьезное время.

– Что касается медицинских учреждений, то и правительство, и местная власть за год должны были уже подготовиться к очередной волне коронавируса.

– Но не подготовились. Причем, обратите внимание, изначально вообще непонятно о чем думали. Вспомните ситуацию в Санжарах, когда забрасывали камнями автобус с людьми, прилетевшими из Китая. В тот период можно было безболезненно вводить карантин и даже чрезвычайное положение – все были бы только счастливы. Любой врач вам скажет, что тогда реальной опасности было не больше, чем сейчас. А к тому времени, когда возникла настоящая опасность, народ уже успел успокоиться.

Так вот, удобный момент власть профукала, занимаясь совершенно иными делами. Образовала фонд для борьбы с пандемией и спустила его на дороги. Потому что через дороги легче отмывать деньги, чем через таблетки и шприцы. А когда уже люди попривыкли, власть стала вводить локдануы, которые теперь уже абсолютно бесполезны. Нужно было делать это с самого начала – как в Китае. А теперь люди морально не готовы: зачем, не помешает ли это нашему бизнесу?

Тем более что бизнес действительно душат. Если за рубежом предприниматели получают реальные компенсации, то у нас только два раза и только по восемь тысяч гривен. Ну что это вообще такое? Людей просто обрекают на голодную смерть, никто ими не занимается.

В чем нужно равняться на заграницу?


– А если сравнить с другими странами? Какую компенсацию предприниматели получают там?


– Дело не только в компенсации. Там предприниматели могут взять кредиты. А если человек показал, что использовал деньги не на себя, а на сохранение рабочей силы или на наем новой рабочей силы, государство может и простить кредит. Не проценты по кредиту, а сам кредит. Я уж не говорю о том, что предоставляется место под бесплатную рекламу на коммунальных или государственных носителях, налоги снижаются. Все это там присутствует.

Кто-то может сказать, что, мол, западные государства богаче. Наша страна не имеет таких денег на льготы, компенсации и пр. Но почему мы учитываем наши различия, только когда речь идет о льготах и снижении цен? Если речь заходит о локдауне, тут мы копируем западный мир, а если о реальных вакцинах, лечении, компенсациях – здесь мы уже не в состоянии. У нас даже в локдаун продукты дорожают. Ну зачем вообще такое государство? Как заняться всерьез социальными гарантиями, мы не смотрим на опыт других стран, а как вводить ограничения – киваем на Запад.

Цены растут из-за политики государства


– Что касается ограничений, у нас вообще непонятно, по какому принципу они вводятся. Кафе, театры, кинотеатры закрыты, при этом работают рынки, в том числе маленькие магазинчики. Где логика?

– Логики-то как раз и нет. Когда закрывают рынки, в этом нет логики изначально. Торговля на рынке происходит на свежем воздухе. Чего ради его закрывать? Достаточно обеспечить санитарно-эпидемический контроль. А вот маленькие магазинчики представляют гораздо большую опасность. И когда ведут борьбу с рынками, а магазинчики не трогают, мне это абсолютно непонятно.

Опять же, разрешены спортивные мероприятия на свежем воздухе, но необходимо следить, чтобы соблюдалась социальная дистанция. Однако за этим тоже никто не следит. Концерты иногда проводятся – там также никакой дистанции нет.

Решение, что именно закрывать, не всегда принимается, исходя из здравого смысла. Вспомните, как торжественно закрывали Буковель в конце сезона. О том, что происходит в киевских кафе, владельцами которых являются депутаты, особенно когда в гости приходит президент, я вообще молчу. Ну так же нельзя!

– Есть ли данные, сколько предпринимателей за год пандемии свернули свою деятельность?

– Ссылаться на официальные данные очень сложно. Во-первых, их не существует. А во- вторых, даже если бы и были, они не вызывают никакого доверия. Так же, как не заслуживают доверия и данные по медицине. Пишут, сколько заболело и сколько умерло. Дайте же сравнение, как уменьшилась продолжительность жизни, каков средний возраст тех, кто умирает.

А когда нельзя верить статистике, приходится опираться на личный опыт – предприниматели очень недовольны. Не только предприниматели, но и наемные работники, и все остальные люди, потому что растут цены. А почему они растут? Да потому что выкашивают малый бизнес, который, собственно, и сдерживает их рост. Когда на рынке остаются только крупные бизнесмены – монополисты, не имеющие конкурентов, – они могут взвинчивать цены. Так что это не только проблема малого и среднего бизнеса.

Это проблема занятости и проблема ценообразования. Страдают не только предприниматели и наемные работники, но и те, кто покупает у них товары, поскольку они становятся дороже. Создается искусственный дефицит. Вместо того чтобы принимать антимонопольное законодательство, государство искусственно взвинчивает цены своей политикой.

Деятельность сворачивается, а налоги растут


– Налоговики на днях отчитались, что за первый квартал 2021 года собрали больше налогов, нежели за аналогичный период прошлого года. За счет чего это происходит? Плательщики налогов стали более дисциплинированными или выросли налоги?

– Я думаю, что там еще и меняются налоговые планы. Мы помним, что когда началась пандемия, налоговые планы стали уменьшаться. По видимому, сниженные планы легче выполнять и перевыполнять. Кроме того, у налоговой всегда есть возможность тут надавить, здесь поднажать...

А в принципе это, конечно, очень странно, что деятельность сворачивается, а налоги растут. Было бы интересно посмотреть цифры, которые показывают, насколько сократилась деятельность, насколько выросли налоги и за счет чего это произошло. То ли те, что не платили раньше, вдруг устыдились и стали платить. То ли вскрыли какие-то внезапные дополнительные резервы. Что за резервы? Все это, конечно, очень интересно.

– Бюджет все-таки нужно наполнять. За счет чего сегодня это можно сделать?

– Чуть ли не с самого начала украинской независимости, когда стали вводить упрощенное налогообложение, я говорил вроде бы в шутку (но в каждой шутке есть доля правды), что в Украине существует негласный социальный договор: вам – оффшоры, нам – единый налог. Но каждая новая власть стремится с единым налогом побороться. Оффшоры никто не трогает – ограничиваются общими декларациями и разговорами: «Вот надо было бы». Налог на выведенный капитал не ввели дол сих пор. Непонятно, почему этого не происходит, почему законы не выносятся на голосование. Вся борьба, связанная со справедливой уплатой налогов, почему-то ограничивается борьбой с малым и средним бизнесом. Крупного бизнеса будто не существует. Хотя львиная доля поступлений в бюджет приходит именно от крупного бизнеса. Однако центральную власть это не интересует, все шишки валятся только на малый и средний бизнес – тот самый, который обеспечивает и занятость, и относительно низкие цены.

Реальной борьбы с оффшорами не было и нет. А вот там-то как раз и сосредоточены колоссальные резервы. И это работа законодателя. Мы ее начали, еще когда я был депутатом. То, что программу не приняли, зависело даже не от Верховной Рады. Но почему сейчас, при наличии пропрезидентского монобольшинства, нет борьбы с оффшорами – непонятно. Вместо этого продолжается наступление на малый и средний бизнес. То есть власть борется не с теми, от кого можно получить реальный результат, а с безответными, безобидными.

– Для этого должна быть политическая воля.

– Это проявится перед выборами – сразу же вспомнят о малом и среднем бизнесе.

Гривна укрепляется – цены не падают


– Давать прогнозы сегодня очень сложно. И все же, как вы считаете, когда наша экономика сможет выйти из затяжного кризиса?

– При такой политике – никогда. И не только потому, что нет компенсаций. Ну хорошо – были бы компенсации, а что покупать, если нет товаров.? А когда нет товаров, но есть деньги – просто растут цены. Компенсации выдали – цены повысились, компенсации закончились – цены не упали, они у нас вообще не падают, иногда перестают расти. По аналогии с долларом: когда доллар растет – растут и цены, когда доллар падает – цены не снижаются. То есть цены могут только расти или не расти. Когда гривна ослабляется – цены растут, укрепляется – цены не падают, просто хотя бы не увеличиваются.

– Что касается валютного рынка. Сегодня ситуация более менее стабильна. С чем вы это связываете? За счет чего удается сдерживать колебания?

– Там манипуляции Национального банка. У регулятора есть возможность выбрасывать на рынок либо доллары, либо гривны и таким образом сдерживать курс. Кроме того, это связано с облигациями внутреннего государственного займа. Они реализуются за гривны, и чтобы их купить, иностранные предприниматели сбрасывают доллары, получают гривны и за эти деньги уже приобретают облигации. И тогда рынок наполняется долларами. Однако проходит какое-то время, и облигации нужно погашать – и тогда родине придется уже печатать деньги. И получается наплыв гривны, которая, соответственно, ослабевает.

Вот и выхолодит: в той ситуации, когда гривна держится какое-то время и даже растет – цены не падают, хотя гривна и укрепляется. А вот когда гривна начнет печататься – естественно, ценовой рынок сразу же отреагирует и цены пойдут в рост. Больше гривен – выше цены. Далее какое-то время будет ремиссия этого процесса, то есть гривну перестанут печатать и, возможно, национальная валюта даже на какое-то время усилится, но цены уже не упадут. Повторяю: при усилении гривны цены не падают, а при ее ослаблении неизменно растут.

Так что радоваться тому, что гривна какое-то время остается стабильной, нет смысла. Большинство людей уже хранят деньги в долларах. И если доллар дешевеет, они остаются в проигрыше, поскольку получают за тот же доллар меньше гривен, чем рассчитывали – а цены-то при этом растут.

А экспорт и импорт? Вы понимаете, когда гривна дорогая, очень сложно экспортировать. Мы тогда просто убиваем экспортера, а убивая экспортера – убиваем нашу занятость. Зато облегчается импорт. Цены на импорт, опять же, при этом не падают. Это становится доходом фирм-импортеров. То есть, покупая дешевле, они весь «навар» оставляют себе.

А бензин разве подешевел, когда доллар становился дешевле? Таким образом, если импорт дешевле – люди этого не чувствуют, поскольку «излишки»идут предприятиям-импортерам. А вот экспортировать становится гораздо сложнее из-за того, что подорожала гривна.

– Украине еще и долг МВФ нужно погашать. Это же тоже огромные затраты из бюджета.


– Безусловно. Я не знаю, как Минфин шьет и штопает бюджет, по каким принципам, как там определяют средний курс, как отслеживают, когда стоит задача с огромным количеством неизвестных, включая наличие или отсутствие локдауна, остановку предприятий... Все это неизвестно.

Как видим, медицинские прогнозы не оправдываются. А как же могут быть точными финансовые прогнозы, если они напрямую зависят от медицинских. В прогнозах, которые так или иначе делаются, могут быть колоссальные колебания. Нужно разрабатывать и вариант А, и вариант В, и вариант С – на все возможные случаи. А этого не происходит. Все пляшут вокруг одного варианта. А потом: ну извините – не получилось.

Поменяли министра финансов, поменяли министра охраны здоровья. Приходят новые – они ни в чем не виноваты и держатся до следующей несостыковки. Потому что ни у кого нет принципа, чтобы создать и вариант А, и вариант В. Никто не задумывается о худшем, потому что знает: когда наступит худшее – его просто поменяют и отдуваться будет уже другой. А тот другой будет таким же...