На этой неделе, 16 декабря, Харьковский художественный музей презентует широкой публике инклюзивный продукт – тактильные копии живописных и графических произведений из музейной коллекции для людей с нарушениями зрения.

Напомним, в рамках проекта «Шагаем инклюзией» специалисты художественного музея выбрали несколько знаковых произведений: картины «Запорожцы пишут письмо турецкому султану» Ильи Репина, «Надевают венок» Константина Трутовского, «Завтрак» Ханса ван Санта, а также графическую работу «Прогулка» Альбрехта Дюрера. В августе и сентябре часть тактильных копий протестировали воспитанники и педагоги Харьковской специальной школы имени В.Г. Короленко. На предстоящей презентации покажут все скульптурные копии.

По словам старшего сотрудника Харьковского художественного музея Анны Задорожной, на презентацию придут и люди с нарушением зрения – они оценят готовые работы, проведут их тестирование. К слову, в процессе подготовки проекта возникли дополнения, и кроме копий, к презентации будут подготовлены и тексты для аудиодескрипции.

«– Стало понятно, что без описания людям с нарушениями зрения довольно сложно понять, что изображено на работе», – говорит Анна Задорожная. – Поэтому мы планируем протестировать на презентации и описательную часть. Текст для аудиодескрипции представляет собой лаконичное техническое описание изображенных персонажей и объектов, их расположение.

Самым сложным экзаменом в проекте – при описании работы и, уж тем более, при создании тактильной копии – стало грандиозное полотно с изобилием персонажей и фрагментов «Запорожцы пишут письмо турецкому султану».

Мировые шедевры в виде горельефов для людей с нарушением зрения воплощала харьковский скульптор Татьяна Альбицкая-Костомарова.

– Делать портреты гораздо сложнее, чем натюрморты. Наполненность голландского натюрморта – пирожок, бокальчик, рыбка, орешек, ножик, – перечисляет Татьяна Альбицкая-Костомарова. – В остальных работах – люди, портреты, и это сложнее. При этом в «Прогулке» – два персонажа, в «Надевают венок» – три, а в «Запорожцах» гораздо больше людей, лиц, рук, драпировок. Копировать работу Ильи Репина очень непросто. Живопись – это одно, а скульптура – другое. Во-первых, Илья Репин писал полотно мазками, и некоторые элементы на картине мне были даже непонятны. Я сделала работы более стилизованные, упрощенные. Много элементов оставила: оружие, костюмы, ложки, кисеты, трубки, мешочки. При этом я упростила информационный шум, который для людей с нарушением зрения был бы просто непонятен, поэтому некоторые элементы я не делала: например, части людей, затылки, шапки с руками, палки. Незрячие люди просто не поймут, что это и к чему. Кроме того, пришлось учесть и многоплановость «Запорожцев». Очень сложно было слепить в объеме шесть планов – от первого плана до глубины. В шесть слоев нужно было создать углубление фигур, но чтобы при этом они читались, чтобы были лица. Нам важно, чтобы люди смогли все эти нюансы прочитать пальцами.

На презентации копии работ будут размещены в постоянной экспозиции музея возле оригиналов.