Однажды, слушая и смотря по телевизору передачу «Существует ли чудо или нет», я вдруг вспомнил далекий 1943-й переломный военный год и решил описать один случай из обычной военной жизни.

Наши, разгромив фашистов под Сталинградом, дошли до границ Украинской Советской Социалистической Республики. Войска поистрепались в боях, для дальнейшего наступления необходимы были людские резервы.

И вот в июне личный состав курсантов Симферопольского минометно-пулеметного училища, расквартированного в г. Балаково Саратовской области, без присвоения офицерских званий был направлен на фронт. Все было просто: до Сталинградской битвы младшие лейтенанты выпускались через каждые 6 месяцев, после нее вышел приказ — год обучения.
Пароходом по Волге мы приплыли в город Вольск, где должны были сформировать железнодорожный эшелон. Стоп! На этом приостановим повествование. Дело в том, что Вольск — это мой родной город, город, где жили моя мама, брат, откуда, не окончив
10-й класс образцовой школы № 2, в январе 1943-го ушел в армию.

Нас, вольских, в эшелоне было человек десять-пятнадцать, но трое из одной школы. Это я — Юрка Китов, мой закадычный друг с 3-го класса Стаська Москвин и наш соученик из 10Б класса Санька Путкин.

Наступило время отправления эшелона. Всех троих провожали матери. Мне с детства всегда было жалко маму, и в те моменты, когда ей было тяжело и она плакала, всегда ревел и я. Вот этого-то я и боялся. Она, конечно, заплачет, провожая на фронт сына, а мне плакать было нельзя, стыдно. И тогда мне на ум пришла одна песня, слов-то всех ее сейчас и не припомню.

Вот что вспомнилось:

«Не надейся рыбак на погоду, А на парус надейся на свой.
Не надейся на гладкую воду, Острый камень лежит под водой.
Мать родная тебя не обманет, А обманет туман голубой.
Не надейся рыбак на погоду, А на парус надейся на свой...»

И в конце были такие вещие слова:
«Если мать провожает с улыбкой, То с улыбкой и будет встречать!»

Эту песню с ударением на последние слова я пропел нашим мамам и добавил: «Если не будете плакать, тогда мы вернемся!» Наши со Стаськой матери сдерживали слезы, мама же Саньки Путкина, рыдая, валялась у него в ногах.

Дальше был Юго-Западный фронт. Полковая рота противотанковых ружей. Тяжелые будни войны и человеческого горя. В боях за станцию Барвенково Харьковской области был ранен Стаська Москвин, а Санька Путкин убит. Он лежал в метре от меня (мы поддерживали огнем атакующие войска), когда раздался свист снаряда и взрыв. Еще не поднимая головы, я услышал какое-то журчание. Это было страшно. Санька лежал, уронив на руки голову, и из нее в упавшую пилотку ручьем стекала кровь. Меня тяжело ранило позже, после форсирования Днепра.

Потом война кончилась. «Этот день Победы!..» Мы со Стаськой вернулись к дожидавшимся нас матерям. Вечная память Саньке Путкину!

Зачем все это я рассказал? Просто ко мне случайно вернулась в виде этого эпизода Великая Отечественная. И я до сих пор не могу понять, как связать между собой песню и жизнь, слезы и смерть. Что это — чудо или судьба?!