О том, что такое Великая Китайская стена — знают все. О том, что такое римские валы — знают в основном любители истории. А вот то, что аналоги этих гигантских оборонительных сооружений есть на Харьковщине — знают единицы.

Тарановка. Железнодорожный переезд. Памятное место. Здесь в марте 1943 года пятеро суток насмерть стоял взвод лейтенанта Широнина. Из 25 человек в живых осталось только шестеро. Однако этот памятник военной истории здесь не единственный. Совсем рядом, за селом, есть еще один — памятник мужеству и героизму, терпению и трудолюбию, инженерной мысли и военному делу. Этому памятнику более 300 лет, и о нем мало кто знает.
Первая половина XVII века. Граница Русского государства стремительно движется на юг. Из Речи Посполитой бегут украинцы, заселяя нашу территорию. А с юга, из Крыма, по трем основным дорогам — Муравскому, Кальмиусскому и Изюмскому шляхам, через Дикое Поле, совершают набеги крымские татары. Посылка отдельных отрядов стрельцов результатов не давала. Проблема обороны южных границ от крымских татар становилась все более острой. Доходило до того, что местные жители и в поле выходили с оружием, а среди пашни строили укрепления на случай военного нападения. Ежегодно татарская конница, проникая все по тем же трем главным дорогам, совершала глубокие рейды, доходя иногда и до Курска. Татары грабили, угоняли в неволю, продавали в рабство тысячи людей, оставляя пепелища на месте сел и городов.
В конце концов царь Алексей Михайлович приказал, и бояре приговорили: построить систему оборонительных сооружений, чтобы перекрыть дорогу татарам и защитить южные рубежи. В 1658 году была построена Белгородская черта — оборонительная линия длиной около 800 километров, а через 20 лет началось строительство Изюмской черты — системы дерево-земляных укреплений длиной 530 километров, проходившей по территории нынешних Харьковской и Белгородской областей.
Сегодня от этого гигантского сооружения, по масштабам сравнимого лишь с римскими валами и Великой Китайской стеной, осталось процентов 30 в виде не очень выразительных насыпей, и только специалисты могут прочитать информацию, зашифрованную в чередовании холмов и ровных площадок. Виктор Ряполов — преподаватель Харьковской академии культуры — изучает оборонительные сооружения XVII века уже 10 лет. Ежегодно выезжает в поле — искать то, что от них осталось, а зимой занимается обработкой полученной информации, пытаясь сопоставить ее с источниками, и путем реконструкции валов, рвов, крепостей и других укреплений получить полную картину того, что представляла собой эта гигантская система. «Это были земляные насыпи: валы —высотой от трех до шести метров и рвы — такой же глубины, — считает он. — Рвы и валы ослонялись, то есть обшивались в два яруса бревнами, заостренными на концах — ров отдельно, а вал отдельно. За этим двухъярусным частоколом прятались стрелки, а также укладывались катки — штабеля бревен, которые в случае атаки скатывались на противника».
Четыре года назад, во время разведок возле села Тарановки, Виктор обнаружил уникальный отрезок Изюмской черты. Вал высотой до 6 метров и ров такой же глубины тянутся на два с половиной километра. На этом протяжении были построены 52 дополнительных укрепления всех известных в то время в Европе типов — флеши, реданы, рондели и полурондели, бастионы, пушечные раскаты; есть даже выезд в поле — для конницы, на случай, если защитники вала решатся перей-
ти в контрнаступление. Все эти укрепления расположены в среднем на расстоянии 50 метров друг от друга. Отдельно — за чертой, на русской стороне, стоит редут — последнее укрытие защитников этого участка. В источниках об этих укреплениях не упоминается ни единым словом.
По сути, то, что было обнаружено, больше похоже на музей по истории русской фортификации XVII века под открытым небом. О том, почему именно здесь, возле Тарановки, наши предки построили такой комплекс защитных укреплений, догадаться нетрудно даже неискушенному в военном деле журналисту. Совсем рядом — через саму Тарановку — проходил Муравский шлях: традиционный путь татар на Русь. В древности на этой возвышенности не было леса, и татарская конница могла легко прорваться в тыл обороняющимся, а потому защита данного участка была жизненно необходима.
Виктор говорит, что постоянно здесь службу не несли. Ближайший населенный пункт — крепость Змиев — находился в 20 километрах. Там располагался гарнизон, который высылал разъезды на черту. Если патруль обнаруживал татар — подавал сигнал дымом, и сюда стягивались войска, подвозили пищали, боеприпасы, пушки: по подсчетам специалистов, здесь их могло быть от 70 и больше. Врага встречали во всеоружии. Но даже если татары подкрадывались незаметно к укреплениям, преодолеть черту сразу им не удавалось. Чтобы татарская конница могла перебраться через вал и ров, нужно было построить помосты, а до того — разобрать проход для лошадей среди вкопанных в землю на расстоянии до километра перед валом системы надолб. Это была, как считает Виктор Ряполов, работа не одного часа, и противника за это время удавалось засечь.
Такая система давала возможность малыми силами защищать большие участки южной границы. Правда, постройка этих колоссальных сооружений требовала времени, средств, но больше всего — рабочей силы. Вся Изюмская черта была возведена за 2 года; потом еще 3 года разбирались с недостатками и браком. Такие высокие темпы объясняются тем, что значительная часть городов-крепостей к тому времени уже существовала. Кроме того, в Москве придумали стимул: выполнишь норму — 10 саженей (21 метр) вала и рва, облицованных бревнами, и можешь отправляться домой. Правда, касалось это лишь местного населения — черкасов и казаков. Русских стрельцов, превращенных в прообраз современного стройбата, отпускали только после завершения строительства всей черты. Если учесть, что работа велась топорами и лопатами, то становится понятно, что Изюмская черта — это зримое воплощение не только военного гения, но и трудового подвига наших предков.
Изюмская черта сохраняла свое стратегическое значение 50 лет. За это время татары не один десяток раз пытались ее преодолеть. Удалось это в единичных случаях. Только в 1730 году, после постройки Украинской укрепленной линии, расположенной на 40 километров южнее, Изюмскую черту упразднили. Деревянные ослоны и надолбы разобрали на топливо, а рвы и валы постепенно оплывали и зарастали лесом. Последний раз остатки Изюмской черты использовали как военно-фортификационное сооружение в годы Великой Отечественной войны. Историки о ней практически забыли: об Изюмской черте нет статьи ни в Большой Советской, ни в Советской исторической, ни в Украинской советской исторической энциклопедиях. А энтузиазм современных исследователей-одиночек разбивается о простой факт: для выявления, изучения описания и реконструкции хотя бы на бумаге этого грандиозного сооружения нужно не только время, но и деньги — которых естественно нет. Зато есть необратимый процесс разрушения — и лет через 70, как утверждает Виктор Ряполов, от Изюмской черты не останется и следа.
Где-нибудь в Европе, обнаружив такой памятник, были бы несказанно счастливы: наверняка тщательно изучили бы, часть обязательно восстановили, сделали музейным объектом и — возили бы туристов со всего мира. Кстати, именно так поступили с римскими валами в Англии. Но у нас не Англия. А жаль.