Сергей родился в не совсем благополучном Харьковском районе Новые дома. Но парень доказал, что и кулаками можно зарабатывать деньги честно.

С детства всегда заступался за девчонок, признается спортсменСейчас бокс — единственный источник доходов для семьи Федченко. И каждая его победа на ринге — это не только слава, но и деньги для его жены и маленькой дочери. Все свободное время Сергей отдает спорту, чтобы воплотить свою заветную мечту — стать чемпионом мира в своей весовой категории — 63,5 кг… 

— Как получилось, что ты стал боксером? 

— Район наш пользовался дурной славой, нужно было как-то защищать себя. Родители мои — самые обычные: мама работала инженером на 119-м заводе, отец — водителем. Поэтому немного побаивались за мое здоровье, когда я увлекся сначала восточными единоборствами, а потом — боксом. А тут еще знакомые все время подливали масла в огонь: «Ведь это столько ударов, это постоянные сотрясения мозга!» К счастью, мои родители, хоть и переживали за меня, но не запрещали мне заниматься. Рассуждали так: лучше я буду ходить на тренировку, чем слоняться без дела по двору, где уже тогда было много наркоманов и разных темных личностей. Многие из моих дворовых знакомых уже не раз побывали в «зоне». 

— Значит, и драться тебе приходилось? 

— Случалось, хотя скажу, что от серьезных драк меня спас бокс. Когда дворовые ребята дрались «стенка на стенку», я был на тренировке. Кстати, я всегда принципиально выступал против групповых драк, в которых многие ребята погибали или становились калеками. Употреблял весь свой авторитет, чтобы удержать друзей от этих опасных боев без правил. Какой смысл рисковать жизнью и здоровьем, если взамен невозможно получить ничего, кроме дополнительных неприятностей себе и другим. Ни на одну такую драку принципиально не ходил. Был готов к презрению, к бойкоту, но меня, наоборот, уважали еще больше. Знали, что я не отсиживался дома, а был на тренировке… 

— Но все же случалось прикладывать руку к обидчику? 

— Еще когда жил в районе Новые дома, всегда заступался за девчонок. Но до драк редко доходило. Хватало моего предупреждения: «В следующий раз буду бить!» Многие знали, что со мной лучше не связываться. Мне запомнились слова Кости Дзю, сказанные им в одном из интервью: «Даже в темном переулке при желании можно миновать бродягу с ножом…» Понимаете, когда ты знаешь, каким оружием владеешь, появляется определенная ответственность перед непрофессиональными соперниками. Ведь одним ударом можно покалечить. А мне не хочется становиться причиной увечий другого, даже если этот другой и заслуживает этого. Кроме того, согласно Криминальному кодексу, применение профессиональных спортивных умений приравнивается к использованию холодного оружия. Это очень часто останавливает уже поднявшуюся для удара руку. Многие мои друзья по спорту пострадали в аналогичных ситуациях, и я не хотел бы повторять чужих ошибок. 

— Неужели так и не расскажешь ни об одной драке? 

— Вот приставучий народ журналисты!.. Ну ладно. Как-то вечером едем мы с другом в метро с тренировки домой. Уставшие до невозможности. А рядом какой-то мордоворот цепляется к людям. И хоть мы очень устали, не поленились выбросить его из вагона, когда он стал приставать к девушке. Били не сильно — боялись что-нибудь сломать — но ему хватило. Нам весь вагон аплодировал. Вообще, самые серьезные конфликты у меня случались в транспорте. Когда вечером едешь в метро домой, многие пассажиры уже приложились к бутылке. И вот их тянет на подвиги, а тут паренек какой-то худенький, почему бы его не зацепить. И сейчас столько ситуаций бывает… Но я должен сдерживаться. Если на каждое проявление хамства в общественном транспорте отвечать ударом, можно руки стереть до локтей! 

— А как ты студентом стал? 

— Хотелось развить себя, расширить кругозор. И наплевать, что я так и не стал историком. Зато жизнь я теперь понимаю намного лучше. Жизнь — это тот же бокс, но во много раз жестче. И часто мнение большинства далеко от истины. После спортинтерната я мог сразу поступать на третий курс инфиза. Но решил развивать интеллект, поэтому поступил на исторический факультет. Не жалею, что стал дипломированным историком. Я теперь понимаю разницу между тем, что говорят о событиях, происходящих в стране, и тем, что творится на самом деле. Раньше я верил всему, что слышал и видел по телевизору. Теперь же очень выборочно воспринимаю информацию. Ведь все в мире повторяется. Тысячу лет назад люди чувствовали то же, что чувствуют теперь. И тогда были богатые и бедные. И тогда была политика и революции. И тогда были продажные чиновники и простой народ, который принимал на веру почти все, что ему внушали. Ну а, кроме всего прочего, именно в университете я познакомился со своей нынешней женой Олей… 

— Романтическая была история? 

— Многих девушек отталкивало от меня то, что я боксер. А ее наоборот — это привлекло. Оля — девушка из интеллигентной семьи: ее отец — профессор, преподаватель в академии. Естественно, ко мне они поначалу относились настороженно. Их мнение изменилось после того, когда они увидели несколько моих боев по телевизору. Теперь все дружно смотрят мои выступления — идти в зал и смотреть их «вживую» я им не советую. Все-таки бокс не для слабых нервов. 

— Ты религиозный человек? 

— Я никогда не был убежденным атеистом. Скажу так: я относился к религии нейтрально. Но как-то постепенно среди моих знакомых стало появляться все больше христиан, и незаметно я и сам приобщился к церкви. Узнавал, не грех ли заниматься таким агрессивным видом спорта, как бокс. И монахи, и батюшки в один голос говорят: не грех. 

— А допинги случалось употреблять? 

— В титульных боях всегда проверяют на допинг-контроль. Хотя боксеры порой разными способами избегают этого теста, что как раз и наводит на мысль о применении допинга. До сих пор я не встречал ни одного настоящего специалиста, который мог бы индивидуально подобрать препараты и объяснить, чем грозит здоровью применение этих препаратов. А глотать Бог знает что не в моих правилах. 

— Не устал ли от вечных диет? Ведь тебе нужно держать вес строго в границах твоей весовой категории… 

— Да, это проблема. Мой вес должен всегда быть не больше чем 63,5 кг. Когда он идет вверх, приходится отказывать себе в еде и в воде, переходить на варенное мясо, овсянку, кисломолочные продукты… Теперь вся семья волнуется о моем весе. Ведь мне набор веса может повредить даже больше, чем манекенщице. Теперь я уже привык к такому образу жизни и не жалею, что он у меня именно такой. Поверьте, кто никогда не сгонял вес, не знает истинного вкуса воды. Я порой завидую тем, кто может пить воды столько, сколько хочется. Но они могут позавидовать мне в том, что я лучше знаю вкус воды...