В Москве вспоминают жертв трагедии в Театральном центре на Дубровке - шесть лет назад террористы во время спектакля захватили в заложники почти тысячу человек - артистов и зрителей мюзикла "Норд-Ост".

Люди принесли цветы к памятнику "Жертвам терроризма", установленному напротив Дома культуры Шарикоподшипникового завода, зажгли свечи у места трагедии.

Памятный митинг пройдет в воскресенье, 26 октября, в годовщину штурма театрального центра. Акция начнется в полдень на площади на улице Мельникова, сообщили ИТАР-ТАСС в префектуре Юго-Восточного административного округа столицы. На мероприятие приглашены родные, близкие, а также сами заложники Дубровки, Беслана, пострадавшие от взрыва домов на улице Гурьянова и Каширском шоссе, взрывов самолетов "Москва-Волгоград", "Москва-Сочи", взрывов дома в Волгодонске и небоскребов в США.

"Интерфакс" добавляет, что в мероприятии также примут участие представители мэрии Москвы, правозащитных и молодежных организаций, а также московские школьники и все неравнодушные жители столицы.

На митинге будет объявлена минута молчания, а затем пройдет церковная поминальная служба, состоится возложение венков к мемориальной доске с именами погибших. По окончании панихиды в небо будет запущено 130 белых воздушных шаров - по числу погибших в результате теракта.

В этом году помимо традиционных мероприятий у Театрального центра состоится концерт-реквием, в котором примут участие рок-музыканты, барды и артисты театральной труппы мюзикла "Норд-Ост".

Европейский суд по просьбе правительства РФ засекретил дело "Норд-Оста"

Между тем, накануне шестой годовщины трагедии стало известно, что Европейский суд пошел на уступки правительству России и придал характер конфиденциальности всем документам, которые оно переправило в Страсбург в ответ на жалобы пострадавших, пишет "Новая газета".

Это означает, что ни сами заявители, ни их адвокаты не могут больше публично комментировать аргументы и позицию правительства по делу о "Норд-Осте". Издание напоминает, что в четверг в Страсбурге ожидают решения две жалобы от бывших заложников и родственников погибших в Театральном центре.

Все документы по делу "Норд-Оста", переданные как заявителями, так и представителями правительства РФ, находятся в открытом доступе уже несколько лет. Ни одного секретного или неизвестного документа правительство не представило. Тем не менее российский представитель в Страсбурге (на тот момент Вероника Милинчук) обратилась к президенту Большой палаты Европейского суда с просьбой закрыть все материалы по "Норд-Осту", мотивируя это тем, что следствие по делу о теракте не закончено.

На самом деле это расследование вот уже почти два года как приостановлено, пишет газета. Последнее следственное действие с участием потерпевших состоялось в январе 2007 года. Тогда прокуратура попыталась взять подписку о неразглашении тайны следствия у самых активных "нордостовцев", добивавшихся ознакомления с материалами уголовного дела.

Адвокаты не могут припомнить прецедентов такого рода

Адвокаты потерпевших по-разному прореагировали на решение Страсбурга о засекречивании этого дела. Защитник Игорь Трунов активно пытался оспорить аргументы Вероники Милинчук. Его доводы на 10 с лишним страницах президент Большой палаты получил, прочел, но решения своего не поменял.

Адвокат Каринна Москаленко хорошо знакома с практикой Европейского суда, но припомнить прецедентов подобного рода не смогла. Тем не менее она считает, что уступка Страсбурга правительству РФ еще ни о чем не говорит.

Впрочем, никаких прогнозов - когда и каким будет решение Европейского суда по одному из самых громких дел России - Москаленко давать не стала. "Это бессмысленное занятие. На своем опыте я не раз убеждалась, что Страсбургский суд совершенно непредсказуем. Нам остается только ждать", - цитирует ее издание.

Сами пострадавшие говорят, что уже не рассчитывают узнать правду о том, кто виноват в гибели 130 человек во время штурма с применением газа, пишут в свою очередь "Новые известия". В российских судах некоторым пострадавшим удалось добиться лишь материальной компенсации (из 82 исков удовлетворен 41). Возмещения морального вреда не получил никто.

Мать, потерявшая в Театральном центре дочь, до сих пор ждет ее домой

В канун годовщины трагедии корреспондент газеты встретился с женщиной, потерявшей в Театральном центре дочь - 26-летнюю Машу Панову.

У Татьяны Лукашовой осталась младшая дочь Ольга, которой на момент трагедии было 14 лет. Теперь она сама уже мать - и бабушка помогает воспитывать ее маленького сына.

Татьяна с ужасом думает, что младшая дочь тоже мечтала пойти тогда на "Норд-Ост", но ей не хватило билетов. Это были бесплатные билеты, которые достались старшей на работе. Как говорит Татьяна, Маша попала на спектакль случайно - в тот злополучный день она забежала на работу, и ее буквально уговорили пойти. Все, кто в тот день был с ней в компании, выжили, рассказывает Татьяна.

Все три страшных дня Татьяна Лукашова провела в штабе, организованном напротив Театрального центра. По ее словам, каждые три часа дочери удавалось связываться с ней по мобильному телефону - он был тогда для всех самой большой ценностью.

Татьяна вспоминает, что у одной из матерей, дежуривших в штабе, телефон украли - просто вытащили из кармана. Это случилось в том месте, где, казалось бы, всех объединяет одна беда.

Потом, уже после штурма, Татьяна на секунду увидела свою дочь в эфире Первого канала. Маша лежала в кислородной маске, и ей оказывали помощь. Потом в прокуратуре сказали, что это была другая пострадавшая, и даже назвали ее фамилию. Но Татьяна выяснила, что эта женщина старше 50 лет, а в телесюжете видно, что врачи спасают молодую девушку.

Поэтому даже через шесть лет мать до сих пор не верит в гибель дочери. "На опознании я была под действием таблеток, показалось, что она похожа, - вспоминает женщина. - Потом засомневалась - в документах медицинского освидетельствования не были указаны особые приметы, хотя у Маши много родинок и родимых пятен. Пишут, что ей не оказали медицинскую помощь, но я же видела ее по телевизору".

Татьяна Лукашова пыталась судиться с органами следствия, добивалась, чтобы ДНК похороненной девушки (у следствия хранились ее волосы) сверили с ДНК Маши. "Мне сказали, что волосы утеряны, - возмущается Татьяна. - В 2005 году нам предложили эксгумацию. Но моя младшая дочь Оля сказала, что не выдержит, если разворошат могилу, и мы отказались".

80% бывших заложников страдают серьезными заболеваниями, многие - инвалиды
Как сообщила "Новым известиям" сопредседатель общественной организации "Норд-Ост" Татьяна Карпова, 80% бывших заложников страдают серьезными заболеваниями. "Многие из них инвалиды, - пояснила она. - Онкологические заболевания раньше наблюдались только у женщин, а в этом году начались и у мужчин. Женщина, которая была беременна во время захвата, родила неполноценного ребенка с детским церебральным параличом".

То, что заложники отравились газом, до сих пор не признано официально, поэтому квалифицированного лечения людям не предоставляется. "Это закрытая тема, - отметил в беседе с корреспондентом газеты член координационного совета организации "Норд-Ост" Дмитрий Миловидов. - Участковые врачи как увидят на медкарте надпись "Норд-Ост", так сразу выпроваживают из кабинетов".

По словам Карповой, в этом году следствие решило окончательно забыть о деле "Норд-Оста". "Московская прокуратура ушла в подполье, - заявила она. - Ровно год с нами никто не связывался, не сообщал о сроках продления следствия".

Шесть лет пострадавшие на Дубровке пытались добиться наказания виновных, пропустивших в центр Москвы группу из 45 террористов. "В прошлом году мы подавали заявление в Генпрокуратуру с требованием возбудить уголовное дело против высокопоставленных чиновников, которые руководили штабами по спасению заложников", - сообщила Татьяна Карпова.

Напомним, вечером 23 октября 2002 года 40 террористов ворвались в здание Театрального центра и захватили в заложники 914 участников и зрителей мюзикла "Норд-Ост". Спустя около 50 часов, ранним утром 26 октября большая часть заложников в результате спецоперации была освобождена. Были применены спецсредства, действия которых застали боевиков, подготовившихся взорвать здание при малейших признаках штурма, врасплох. Трагедия унесла жизни 130 заложников, еще более 700 человек пострадали.