В зале Харьковской филармонии его выступление объявили без лишней помпезности: «Народный артист, любимый артист Сергей Юрский!» Зал взорвался аплодисментами.

«Будем замерзать без газа вместе!»


На сцене из декораций — рождественская елка, вешалка со шляпами, открытый рояль. Но вышел мастер — и сцена ожила святочными гаданиями, хулиганскими куплетами и даже — аргентинским танго в паре с его величеством Временем. Юрский ненавидит бесплодные стенания о прошлом, для него ностальгия — лишь перележалые семена, которые никогда не дадут всходов. «Обожаю Новое!» — в этом весь Сергей Юрский — заслуженный артист РСФСР, народный артист России, лауреат Государственной премии, режиссер, писатель.
Юрский разный. Мы помним харизматичного Остапа Бендера, безапелляционно заявлявшего, что девушки любят молодых, длинноногих и политически грамотных. Одной этой фразой, не очень высокого роста, он заставил Советский Союз поверить в свою исключительную «длинноногость». Мы помним экзальтированного, гениального на грани безумства, но алчного и меркантильного Импровизатора из фильма «Маленькие трагедии». Пушкинские строки тогда повторяли в очередях и школьных коридорах. За эту роль Сергей Юрский получил медаль Пушкина. А как сопереживала вся страна беспомощному интеллигенту Груздеву в фильме «Место встречи изменить нельзя»?.. 

Амплуа над ним не властны. Накануне концерта бодрый, подтянутый, полный сил Сергей Юрьевич рассаживал журналистскую братию на своей пресс-конференции, режиссируя мизансцену. «Друзья! Господа! Те, кто с аппаратурой — назад. Те, с кем я буду беседовать, должны видеть мои глаза, а я должен чувствовать и видеть собеседника».
— Я увидел в Харькове то, что меня порадовало, — начал мастер. — Во-первых, строится филармония, она существует. Театр в Харькове также жив. В вашем городе я увидел настоящую зиму, была интересная встреча с моим старым другом. А еще в этот приезд мне подарили записи стихов выдающегося русского поэта, харьковчанина, Бориса Чичибабина, с голосом автора... Не будем скрывать, что государственные отношения между Россией и Украиной не просто плохи, а ужасны. Но для меня Украина — самостоятельное явление. Считаю возрождение украинского языка благом, потому что всякий запрет языка скверен. У нас одна общая, вспомните Маяковского, земля, и если будем замерзать от отсутствия газа, то вместе. 

«С удовольствием ем овсяную кашу»


Профессиональной, академической сцене актер служит уже 51 год(!). Но Юрский еще и писатель. В феврале выйдет его новая книга «Театр Игоря Вацетиса». На две пьесы этого автора он поставил спектакли, последний — в Моссовете — «Предбанник». 

— Во всех своих постановках я играю, потому даю мало концертов. Занимаюсь в настоящее время и кино — сейчас сделал телевизионную версию спектакля «Предбанник», снял фильм «Лысая певица» по пьесе Ионеску, вместе с супругой, актрисой Натальей Теняковой сыграли в фильме «Отцы и дети», который снимали на родине Тургенева. В художественном фильме «Полторы комнаты с окрестностями» с Алисой Фрейндлих исполнили роли родителей поэта Бродского, не понимающих, как мог родиться такой не похожий на них сын. 

Говоря о распределении ролей в семье, Юрский с улыбкой замечает: «Наталья Максимовна занимается организационной частью, сколько хватает сил. Она очень занята в театре МХАТ им. Чехова, играет и на сцене других театров. Я занимаюсь в подготовке домашних праздников художественной частью. Сейчас не считаю, что в праздники нужно уделять большое внимание еде. Это было в наше, полуголодное время. Сейчас у меня даже любимого блюда нет. Ем с удовольствием и овсяную кашу. 

Сергей Юрьевич, более сорока лет проживший в коммуналке, не понаслышке знает, что такое трудности бытовые, оттого считает величайшим благом то, что далось в жизни с таким трудом. 

— Актер должен быть добытчиком, — убежден Сергей Юрьевич. — Монашеское служение на земле возможно только в монастыре. Парению духа необходима материальная база, но погружение духа в материальное — есть, разумеется, уничтожение души. Во всем должно быть чувство меры. Вот этого нам всем более всего не хватает. 

С особым удовольствием он рассказывал о внуке, шестилетнем Георгии. 

— Раньше говорили с ним по-французски. Теперь сам стал немного забывать язык, поэтому мы купили ему компьютер с обучающей программой сразу на трех языках, очень рекомендую. Удивляет меня то, что он, как и многие нынешние дети, сразу попадает на все нужные клавиши, — улыбается дедушка Юрский. 

«Дружить со мной Пушкину было бы сложно»


Совсем иным увидели актера зрители, пришедшие на его вечер в филармонию. Строгий, во фраке, академичный Юрский читал пушкинские строки дуэли так, что слышен был скрип снега и потрескивание морозных веток в лесу. Актер признался в интервью «ВХ»: «Я бы с бесконечным удовольствием дружил с Александром Сергеевичем, если бы мы оказались на временном пересечении, а вот со мной дружить поэту было бы сложно». 

Юрский читал и стихи Бродского, и Мандельштама, и Пастернака... И вдруг, неожиданно для всех, преобразился в хвастливую Лягушку из сказки Гаршина, достигнув неведомым образом даже внешнего сходства с ней, чем поверг зал в состояние хохота. А во втором отделении были «песенки», так их назвал сам исполнитель. Гадания-загадывания в наступившем новом году и стали основными темами этого разнообразного шансонного каскада. Юрский вдоволь похулиганил на сцене: марш, кадриль, шансон, танго, ноктюрн — это все 1986-й, 1998-й, Миллениум, 2004-й, 2006-й… Разогретые слушатели с нетерпением ждали гаданий на 2009 год. Но на словах–рефрене: «Ну не поЕ-Е-т душа! Хоть жизнь и хороша…» Юрский, закрыв лицо руками… удалился со сцены…
Вот они какие, загадки от Юрского.