Гость «Прямой телефонной линии» — ректор Харьковского национального автомобильно-дорожного университета, заслуженный деятель науки и техники, лауреат Государственной премии Украины, профессор Анатолий Николаевич Туренко.

Знаний после школы маловато 



— Здравствуйте, Анатолий Николаевич. Поделитесь, пожалуйста, впечатлениями от нынешней вступительной кампании. 

— Было сложнее, чем в прошлом году — и для абитуриентов, и для нас. Сейчас очень неудачные правила приема в вузы. Я полагал, что после внедрения тестирования вступительная кампания упростится, но работы у нас прибавилось примерно в 5 раз. Во-первых, был очень напряженным прием документов. Абитуриенты сдали их в десятки вузов и до последнего дня метались между ними. У нас были направления и специальности, куда на одно место записались по 60-70 человек. Мы с ужасом ожидали ажиотажа, но когда абитуриенты принесли оригиналы документов — у нас обнаружился недобор. Пришлось зачислять студентов с минимальным проходным баллом в сертификатах. 

Качество знаний поступающих в этом году тоже очень слабое. Система тестирования плоха тем, что абитуриенты готовятся только к двум тестовым предметам: для технических вузов сдают в основном сертификаты по математике и украинскому языку и литературе. Остальные предметы остаются «заброшенными». Но для будущих инженеров, которых учат в нашем вузе, физика важнее, чем математика. Поэтому в начале 1-го курса мы проводим акцию: организуем свои тесты по математике, физике, информатике, черчению. 

— А вы не сопоставляли результаты ВНО и собственного тестирования? 

— Несмотря на то, что тесты у нас несложные и основаны на школьной программе, многие из тех, кто в прошлом году получил по тестированию положительные оценки, с нашими тестовыми заданиями не справились. Поэтому мы организуем дополнительные занятия на курсах, повышая уровень знаний, полученных в средней школе. 

— Здравствуйте, меня зовут Таня. Расскажите, пожалуйста, об условиях поступления в ваш лицей. 

— Для зачисления в наш лицей слушатели проходят собеседование. Лицей дает хорошую подготовку: гарантирую, что таких знаний ни в одной школе вы не получите. Наши лицеисты работают в тех же аудиториях и на той же материальной базе, что и студенты. В лицее учат всем вузовским специальностям, здесь преподают наши преподаватели. В этом году практически все наши лицеисты поступили к нам в университет. 

Частные вузы себя не оправдывают 



— Добрый день. Меня зовут Марина Валентиновна. Поделитесь, пожалуйста, мнением о контрактном обучении. 
— Я считаю, что контрактная форма обучения подрезала саму идею образования. Нередко родители студента-контрактника, которого приходится исключать из вуза за нерадивость, возмущаются: «Мы же деньги заплатили». Считается: заплатили деньги — вуз обязан дать диплом. Кстати, частные вузы так и делают: там студентов не отчисляют. Думаю, что частные вузы — за исключением двух-трех харьковских учебных заведений — себя не оправдывают. О качестве образования говорить тоже не приходится: обучение и учебные планы в государственных и частных вузах очень отличаются. К нам из частного вуза переходила студентка-второкурсница: ей пришлось дополнительно сдать около 20 дисциплин. 

Выпускники ХНАДУ всегда будут при деле

 

— Здравствуйте, Анатолий Николаевич. Расскажите, пожалуйста, как у вас организована практика студентов. Слышал, что они получают еще и рабочие профессии? 

— У нас существуют договора с предприятиями, где студенты проходят практику. Но сейчас очень многие предприятия закрылись, поэтому мы организуем практику на базе вуза. Наши профильные факультеты обеспечены всеми образцами передовых технологий, приборами и стендами, многих из которых нет даже на производстве. Кроме того, наш вуз, пожалуй, единственный в стране дает студентам и рабочие профессии: бульдозериста, геодезиста, программиста и даже мастера печатного дела. Наши студенты проходят не только качественную практику, но и учатся все делать своими руками. Поэтому выпускник ХНАДУ всегда будет при деле. 

«Мне сверху видно все»

 

— Добрый день, Анатолий Николаевич. Меня зовут Алла Михайловна. Скажите, пожалуйста, есть ли у вас общежития? 

— Все первокурсники будут поселены в общежития. У нас их шесть, а сейчас для молодых ученых мы строим седьмое. Общежития у нас прекрасные — там есть все, что нужно для нормальной жизни студента: хорошая мебель, постельные принадлежности и т.д. Оплата проживания — около 100 грн. в месяц. В комнатах живут по 3-4 человека, исключение — комнаты, где живут 6 человек, но таких всего две. 

В студгородке создан прекрасный медицинский центр, где студенты и преподаватели могут получить и консультацию, и лечение. Огромное внимание мы уделили спортивной базе: у нас большие стадионы и спортивные залы. Пустующие подвалы общежитий мы оборудовали под тренажерные залы европейского типа. 

— Слышала, что в общежитиях у вас стоят камеры наблюдения. Не возражают ли против такого «всевидящего ока» студенты? 

— Некоторые студенты действительно были недовольны, но камеры наблюдения оказались очень эффективными: после их установки сразу прекратились кражи. Как-то в общежитии молодежь подралась, и благодаря камерам сразу стало ясно, кто затеял драку. 

— А как преподаватели относятся к тому, что на мониторе в вашем кабинете видны во время лекций все аудитории? 

— Я знаю, какую аудиторию включить. Иногда я включаю монитор, чтобы получить удовольствие от того, как человек выкладывается во время лекции. А есть преподаватели, которые бубнят, не отрываясь от своих записей. Молодому лектору это простительно, а вот для опытного доцента — стыдно. Если лекции неинтересны и их посещает только половина студентов — я предупреждаю преподавателя, а если не действует — отдаю его нагрузку другому. 

Своих Шумахеров растить не хотят

 

— Самая маленькая ваша машина занесена в Книгу рекордов Гиннесса. Какого она размера? 

— Это был автомобиль «ХАДИ-3». Его габариты — около трех метров со шпилем. В соревнованиях она не участвовала — это выставочный вариант. Из-за финансового кризиса мы не можем с таким размахом, как раньше, вести работы. Работаем только над «Формулой-3». До «Формулы-1» нам не дотянуть: это очень дорогое удовольствие, стоит миллионы долларов. Только замена резины обходится почти в миллион гривен. Участие в соревнованиях тоже стоит огромных денег: на гонках стали делать большой бизнес. Из-за нехватки финансов мы не участвуем в ралли, правда, немного занимаемся картингами и квадрациклами — они сейчас в моде. 

Наша гордость — скоростная лаборатория, где мы испытываем автомобили на экстремальных скоростях. Именно в таких условиях можно выяснить очень многое: и в
аэродинамике, и в торможении, и в управлении автомобилей. Но главное, в работе лаборатории участвуют студенты и видят, что их труд воплощается в металле. 

Студент, прошедший скоростную лабораторию, станет «королем» на любом предприятии. В технических вопросах он становится универсалом: и конструктором, и токарем, и слесарем, и электриком, и водителем. К сожалению, нам пока не удается найти людей, которые могли бы финансировать наши разработки. Есть желающие купить готовые автомобили, но для их изготовления нужен стартовый капитал и поэтапное финансирование. 

Проблема в том, что те, у кого есть деньги, смотреть Шумахеров ездят в Европу, а своих растить не хотят. Если бы нашлись средства — мы свободно могли бы в год выпускать по 2-3 скоростные машины и участвовать в гонках. 

Наших водителей спасут только колдобины 



— Ваш вуз носит двойное названием. А к чему все-таки больше душа лежит — к автомобилям или дорогам? 

— По сути своей я автомобилист, но когда стал ректором, понял, какая прекрасная специальность — дорожник. Автомобили можно купить, а дороги и мосты нужно построить. Вантовые мосты — это скрипки. Когда я еду по Киевским вантовым мостам — душа радуется. Я всегда недоумевал, почему остается в неизвестности тот, кто построил такое роскошное сооружение. 

— И все-таки вы возглавляете скоростную лабораторию. Признайтесь: сами любите за рулем полихачить? 

— Я люблю быструю езду, но только в разумных пределах. Стараюсь никому не создавать неудобства. Я побывал во многих странах — там водители уважают друг друга, чувствуется и взаимная вежливость водителей и пешеходов. А у нас хамят, несутся на красный свет, много пьяных за рулем. После того как сделали хорошие дороги на Петровского и на Пушкинской, машины мчатся как аэропланы. Очень опасаюсь, что при нашем менталитете дисциплинировать водителей могут не законы, а «лежачие полицейские» через каждые 10 метров или колдобины. Иначе поубивают друг друга.

Личное дело

Туренко Анатолий Николаевич. Родился 24 февраля 1940 г. в г. Каменка Черкасской обл. В 1956 г. поступил в Кировоградский техникум механизации и электрификации сельского хозяйства, после окончания работал механиком в ремонтно-тракторной станции. Три года служил в армии, где стал членом КПСС. В 1962 г. поступил в Харьковский автомобильно-дорожный институт. На II курсе избран секретарем комитета комсомола ХАДИ. В 1967 г. работал конструктором на военном заводе. Защитил кандидатскую и докторскую диссертации, в 1976 г. был назначен деканом, в 1981 г. — проректором по учебной работе в ХАДИ. С 1992 г. и по сегодняшний день — ректор Харьковского национального автомобильно-дорожного университета. 

Женат, имеет двоих сыновей. Старший — хирург-уролог, младший — прокурор в областной прокуратуре; внук окончил в ХНАДУ бакалаврат. Хобби — волейбол и быстрая езда на автомобиле.