Гость «Прямой телефонной линии» — директор Харьковского НИИ судебных экспертиз имени заслуженного профессора Н.С. Бокариуса Михаил Цымбал.

Одна из сторон может быть не удовлетворена результатами 



— Здравствуйте! Меня зовут Владимир Александрович Булгаков, я пенсионер, живу в частном доме. Две комнаты дома я продал, и в течение 16 лет новый хозяин претендует на мой участок земли — суд идет до сих пор. В мое отсутствие в суде была назначена строительно-техническая экспертиза. Сотрудник вашего института ее провела. Мы об этом узнали случайно. В результате экспертизы отчуждается мой участок земли. У меня есть претензии к эксперту из-за неточностей и ошибок. Как можно указать на них, к кому и куда обратиться? 

— Здравствуйте, Владимир Александрович! Мы, эксперты, не можем быть арбитром между истцом и ответчиком. Мы несем ответственность перед законом. Именно суд, назначивший экспертизу, предоставляет исходные данные в материалах дела. Согласно действующему законодательству, эксперту запрещено самостоятельно собирать материалы для исследования или выбирать исходные данные, которые отражены в материалах дела неоднозначно. 

Если у вас есть какие-то замечания или пожелания, подозрения в том, что экспертиза проведена необъективно, вы должны написать ходатайство в суд. Эксперт обязан по решению суда дать разъяснения или уточнить данное им заключение. Если неясности или неполнота исследований не могут быть устранены в процессе допроса эксперта, суд имеет право назначить дополнительную экспертизу. В случае необоснованности экспертного заключения — суд вправе назначить повторную экспертизу, которая поручается другому эксперту (другому экспертному учреждению). Владимир Александрович, поймите, удовлетворить желания всех — как истца, так и ответчика — невозможно. Обязательно кто-то из них останется недоволен. 

— А можно ли обращаться к вам как к руководителю института? 

— Если суд согласится с вашими доводами, то он либо вызовет эксперта в судебное заседание для разъяснения, либо назначит дополнительную или повторную экспертизу. Вы, конечно же, имеете право обратиться к руководителю экспертного учреждения с письменным заявлением. Подобные письма нам поступают, и мы, в пределах нашей компетенции и в соответствии с законом, отвечаем на них, проверяя факты, изложенные заявителем. При наличии оснований наша дисциплинарная комиссия (если эксперт действительно «оплошал») может применить к нему меры дисциплинарного взыскания.
Кто водил его рукой? 

— Это Валентина Федоровна из Бердянска Запорожской области. Михаил Леонидович, производят ли у вас в институте комплексную почерковедческо-медицинскую экспертизу и сколько это будет стоить? Какие документы необходимо направить? Может ли эксперт установить, как человек за четыре часа до смерти, будучи в шоке от потери крови, якобы подписал несколько документов. Причем все шесть подписей — разные. Я хочу знать, сам он эти каракули ставил или с чьей-то помощью?! 

— Валентина Федоровна, не зная количества объектов исследования и сложности предстоящего исследования, сказать однозначно, сколько будет стоить такая экспертиза, невозможно. Наши почерковеды могут исследовать все: левой рукой писал человек или правой, лежа или сидя, находилось ли лицо, написавшее текст, в необычном состоянии, в необычных условиях и пр. Для этого эксперту необходимо достаточное количество и надлежащее качество свободных образцов почерка умершего. Позвоните нам в институт по телефону 372-20-01. Мы разберемся в данном конкретном случае и Вам ответим. 

Чтобы снять «пальчики», надо демонтировать ручки

 

— Меня зовут Александр, я из Харькова. Сотрудниками одного из райотделов милиции с моей помощью был задержан подозреваемый. Я просил провести экспертизу: снять отпечатки пальцев с внутренних поверхностей автомобиля, принадлежащего мне, а также с купюр, которыми он со мной рассчитался. Представители научно-криминалистического центра, которые дежурят в райотделе, ответили, что без демонтажа дверных ручек автомобиля — наружных и внутренних — и принятия их на хранение в качестве вещественного доказательства это сделать невозможно

— Да, Александр, бывают такие ситуации. Приобщение к материалам дела какого-либо предмета со следами в качестве вещественного доказательства является надежным инструментом доказывания. Эти вещественные доказательства изымаются в присутствии понятых, упаковываются, опечатываются и направляются для экспертного исследования с целью выявления и идентификации следов. Поэтому снятие дверных ручек, возможно, было бы правомерным. После назначения экспертизы эксперты обязаны провести дактилоскопические исследования. 

— Мне сказали, что существуют другие методы идентификации человека — биологические. Но за них мне пришлось бы заплатить самому. И вообще, меня продержали шесть часов, а задержанного — всего три. В итоге попросили написать заявление, что я отказываюсь от проведения экспертизы. Что делать? 

— Советую не писать заявление об отказе, Александр, рекомендую обратиться к прокурору района по месту жительства или совершения преступления. Напишите заявление, изложив эти факты. 

— Меня зовут Ольга. Скажите, есть ли для суда разница, на какой диктофон сделаны записи: цифровой или аналоговый (на кассету)? Какой способ предпочтительнее? 
— Не имеет значения — цифровая запись или аналоговая. У нас этим вопросом занимается лаборатория компьютерных и фоноскопических исследований. Объектом именно фоноскопической экспертизы являются аудио- и видеозаписи. Вот, например, на диктофон зафиксированы голоса взяткодателя и взяткополучателя, отобраны образцы подозреваемых лиц. Правоохранительным органом может быть назначена судебная экспертиза для решения вопросов об идентификации этих лиц по «следам» голосов, зафиксированных на фонограмме. 

Виноват ли в ДТП пьяный водитель?

 

— Меня зовут Алексей. Михаил Леонидович, почему при проведении автотехнических экспертиз результаты отличаются как небо и земля? Одни институты дают одно заключение, другие — другое. А в результате виновник ДТП, обычно очень обеспеченный, остается на свободе. 
— Алексей, проводить автотехнические экспертизы сложно. Мы — исполнители, какие дали материалы, такие и исследуем. Эксперт не имеет права самостоятельно собирать исходные данные. 

Главный вопрос автотехнической экспертизы — имел ли водитель техническую возможность предотвратить данное ДТП? ГАИ составляет протокол осмотра места происшествия. Если ДТП с человеческими жертвами, выезжает следователь, который допрашивает свидетелей, выясняет погодные условия — берет справки о метеорологических условиях и пр. 

Эксперт-автотехник — это инженер, который рассчитывает все по методике и делает вывод о соответствии или несоответствии действий водителя Правилам дорожного движения, исходя из материалов дела. Но вину водителя определяем не мы, а суд или следователь. 

Если результаты экспертного заключения какую-то сторону не удовлетворяют, то следователь, получив ходатайство от потерпевшего или обвиняемого, организовывает воспроизведение обстановки и обстоятельств ДТП, которое должно проводиться в условиях, максимально приближенных к реальным. При этом появляются новые исходные данные, по которым назначается экспертиза, и результаты ее могут быть уже другими. 

Как стать почерковедом?

 

— Меня зовут Инна Евгеньевна. Скажите, пожалуйста, где обучают специалистов вашего профиля? 
— К сожалению, Инна Евгеньевна, такого высшего учебного заведения нет — у нас уникальные специалисты. Например, где готовят почерковеда? Только в НИИ — нашем или других институтов Министерства юстиции Украины. 

Таким образом, лиц, имеющих соответствующее высшее образование, могут принять на работу в качестве стажера-исследователя. У нас можно получить криминалистические специальности, например, по техническому исследованию документов. Обучение может продолжаться от нескольких месяцев и более. Стажеры слушают лекции по теории судебной экспертизы, изучают нормы законодательства о судебно-экспертной деятельности, под руководством наставников овладевают частными методиками, самостоятельно пишут рефераты, составляют проекты экспертиз, а опытные специалисты рецензируют их работу. После сдачи квалификационного экзамена в нашем НИИ стажер становится судебным экспертом. 

Экспертиза преимуществ не имеет

 

— Меня зовут Николай Федорович. Скажите, какой существует срок от подачи заявления на проведение экспертизы до ее производства? 

— Такие сроки установлены Законом о судебной экспертизе и соответствующими инструкциями. Простые экспертизы проводятся в срок до десяти дней, средней сложности — до месяца, более сложные — два месяца и очень сложные — три месяца. Но сроки могут быть продлены, например, если необходимо обследовать три завода или сотни томов материалов об экономической деятельности и т.п. 

В прошлом году сотрудники нашего института провели более 18 тысяч экспертиз. Из них 5472 — по уголовным и административным делам, которые проводятся для органов дознания, следствия и суда за счет государственного бюджета. А вот по гражданским делам за экспертизу нужно платить. 

— А можно ли провести экспертизу повторно? 

— Если заявитель (сторона по делу, потерпевший, обвиняемый) не согласен с выводами экспертизы, то по их ходатайству, ходатайству адвоката (защитника) или потерпевшего суд (следователь) назначает повторную экспертизу. Причем другому эксперту или в другое учреждение, например, в Киевский НИИ судебных экспертиз. 

Следует отметить, что, исходя из общей теории доказательств, любые фактические данные, имеющие значение для дела, являются доказательствами. Экспертиза никакого предпочтения перед другими доказательствами — показаниями свидетелей, потерпевшего, протоколом осмотра места происшествия и т.п. — не имеет. Если выводы эксперта суд принимает, значит, заключение эксперта становится одним из источников доказательств.


Личное дело

Цымбал Михаил Леонидович — директор Харьковского НИИ судебных экспертиз имени заслуженного профессора Н.С. Бокариуса. 

Родился 1 августа 1940 г. в с. Пилипоновка Бершадского района Винницкой области. С 1960 по 1963 гг. — служба в Советской Армии. Учился в Саратовском ветеринарном институте и Саратовском юридическом институте им. Д.И. Курского. С 1967 г. работал в органах прокуратуры Красноярска и Кирова (РФ), Харькова. С 1975 г. — в УВД Харьковской области, где занимал должности старшего следователя по особо важным делам, заместителя начальника отдела, начальника инспекции по личному составу, начальника экспертно-криминалистического управления. С 1997 г. — директор Харьковского НИИ судебных экспертиз имени заслуженного профессора Н.С. Бокариуса. 

Михаил Цымбал — заслуженный юрист Украины, кандидат юридических наук, доцент кафедры криминалистики НЮрА Украины имени Ярослава Мудрого, имеет ученое звание старшего научного сотрудника, классный чин старшего советника юстиции, звание полковника милиции.