Поскользнулся, упал, очнулся – гипс… Больно и обидно.

Особенно если учесть, что ближайшая долгожданная зарплата теперь точно уйдет на лечение. Между тем далеко не всегда пострадавший должен оставаться со своей бедой один на один. Иногда обязан вмешаться работодатель.

Во вторник утром -- по дороге на работу – я обнаружила возле соседнего подъезда человек десять дворников обоих полов, которые кричали и активно жестикулировали. Как оказалось, трудяги обсуждали судьбу некой Валентины, которая во время уборки снега неудачно приземлилась на скользких ступеньках. «Ей на рентген надо!», «Нужно мазь обезболивающую купить!» – наперебой выкрикивали собравшиеся. «Да за какой лимон она ее купит?» – перекрыл гомон чей-то хриплый глас. Увы, о том, что травму несчастная Валентина получила на рабочем месте, никто из собравшихся даже не упомянул. И о возможной компенсации из Фонда социального страхования не подумал. А ведь помощь пострадавшей женщине пришлась бы ой как кстати.

Сейчас понятие «производственная травма» кажется чем-то далеким, пришедшим из советского прошлого. Работники плохо знают свои права, а работодатели используют их правовую безграмотность. В результате, как утверждают в областном объединении профсоюзов, многие несчастные случаи, которые были связаны с производством, таковыми не признаются.

– Два года назад мы занялись борьбой с сокрытием несчастных случаев на производстве, – говорит председатель объединения профсоюзов Харьковской области Сергей Тесленко. – Результаты оказались более чем убедительными – количество травм, которые отнесли к непроизводственным, уменьшилось в пять раз.

По его словам, факты утаивания несчастных случаев на производстве устанавливаются во время проверки, которую проводят специалисты объединения. Например, в медпункте предприятия обнаруживается запись о том, что человек обратился с травмой. Но больше о несчастном случае ни в каких документах не упоминается.

– Работодатели договариваются с подчиненным. Мол, ты посиди дома, пока заживет, а мы тебе будем платить за эти дни. Люди, боясь потерять работу, соглашаются, - возмущается Сергей Тесленко.

Но зачастую по прошествии времени работник понимает, что незарегистрированная травма оказалась серьезнее, чем предполагалось, и лишила его трудоспособности. Однако спустя несколько лет доказать то, что повреждение было получено на производстве, гораздо сложнее. Впрочем, слишком поздно, как считают в профсоюзе, не бывает никогда.

– В любом случае мы просим руководство предприятия рассмотреть ситуацию. Если руководитель разумный, он дает команду и вопросы решаются, – рассказывает Сергей Тесленко. – За пять лет путем переговоров нам удалось решить более пяти тысяч трудовых споров в пользу рабочих. А если руководитель упирается – обращаемся в суд.
В целом за пять лет с участием специалистов объединения в судах рассмотрено 186 дел, из них 173 решены положительно.