Убийство в храме науки

фото: 2403.jpg

Убийство в храме науки
Владимир Владимирович Рожков — доктор физико-математических наук, автор множества научных статей и идей, научный руководитель целого ряда диссертаций и работ, — 18 сентября 2002 года был убит просто в своем рабочем кабинете. Ученый ушел из жизни, что называется, «на взлете», когда у него было множество идей и проектов, когда его начинания получили «благословение» на самом высшем уровне Украины и России... До сих пор гибель Владимира Рожкова остается неразгаданной загадкой для нашей правоохранительной системы.
Дочь ученого Ирина и ее муж Александр до сих пор не могут поверить в случившееся. Да и смириться не могут... Их близкий человек стал жертвой преступления, за которое, по их мнению, никто так и не понес справедливого наказания.
Ученый-физик Александр Стоянов рассказывает:
— По данным экспертизы, отец Ириши получил множество телесных повреждений. Вот лишь некоторые из них: вдавленный перелом правой теменной кости, перелом затылочной кости, а еще — две раны головы, многочисленные ссадины на лице, кровоподтек на шее. В то же время у обвиняемого эксперты никаких травм не нашли. Подчеркну, что Владимир Владимирович был директором научно-производственного комплекса «ВИЭРТ» Национального научного центра «ХФТИ», одним из тех, кто закладывал основы сотрудничества этого научного центра с Министерством энергетики США, научным руководителем, учредителем и директором украинско-российского предприятия, а также руководителем крупного международного проекта, финансируемого Америкой. Уже на следующий день правоохранители возбудили уголовное дело по статье «умышленное убийство», а через день — задержали подозреваемого. 23 сентября следователь прокуратуры обратился к суду с «Представлением об избрании меры пресечения» — заключении задержанного под стражу.
— То есть справедливость восторжествовала?
— Ровно на один день. Уже 24 сентября тот же следователь вдруг переквалифицирует преступление в «убийство по неосторожности», хотя еще не было даже результатов судмедэкспертизы. И убийца был отпущен под подписку о невыезде.
— Как же так?!
— По официальной версии, преступник сказал, что только один раз ударил ученого, а тот упал вместе с креслом и ударился головой, а следователь ему поверил... Как там было на самом деле — говорить не берусь. Хотя из выводов экспертов ясно, что такая версия происшедшего в кабинете объясняет появление лишь одной из почти десятка страшных травм... Данные экспертизы говорят о многочисленных ранах и ссадинах «трехлучевой и треугольной формы», которые, как пишут специалисты, возникли «от действия тупого твердого предмета, имевшего ребра и грани в количестве трех, сходящихся в одной точке». То есть на случайное падение это не похоже, причем не только мы так думаем, но и эксперты-криминалисты. Однако уже 30 ноября дело о «неосторожности» было направлено в суд...
— То есть фактически преступнику грозило минимальное наказание?
— Да, мы сразу же поняли, что за справедливость придется бороться, чтобы защитить светлое имя и память Ириного отца... Она очень тяжело все это пережила... Мы решили добиваться справедливого наказания убийцы, но не знали, что на это уйдут годы неравной борьбы.
— Неужели это так сложно?
— Представьте себе, поначалу Ире отказали даже в признании ее потерпевшей!
В разговор вступает председатель Ассоциации родных убиенных Алексей Кашуба:
— Понимаете, по украинскому законодательству близкие родственники жертв убийства автоматически признаются потерпевшими, они имеют право защищать свои интересы, требовать возмещения нанесенного им морального и материального ущерба, принимать участие в процессе, давать показания, знакомиться с материалами дела и так далее. А прокуратура Киевского района 4 ноября 2002 года грубо попрала закон...
Александр Стоянов добавляет:
— Да еще и с какой циничной формулировкой: «собранных доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что преступлением вам причинен моральный ущерб, было недостаточно...» То есть бездыханное тело отца для этих горе-юристов не являлось доказательством страданий дочери, не было в их глазах достаточно весомым аргументом для ее участия в судебном заседании... Полагаю, это было связано с тем, что работники прокуратуры не были заинтересованы в том, чтобы «лишний человек» увидел, я бы сказал, постыдные материалы этого грязного уголовного дела. Разумеется, судья Евгений Зуб в конце ноября 2002 года исправил эту «ошибку следователей», признав мою жену потерпевшей, но цинизм и оскорбительная форма прокурорского отказа, необходимость многократно жаловаться в различные инстанции стоили нам с женой очень многих нервов и душевных сил.
— Александр Феликсович, а как вы пришли в Ассоциацию родных убиенных?
— Увидел по телевизору сюжет об этой организации, затем — нашел в компьютере телефоны всех харьковчан с фамилией Кашуба, и мы с Ириной начали обзвон. Было какое-то отчаяние, помощи уже не ждали ни от кого... Обращались к различным правозащитникам — но те не имели опыта в подобных делах, а некоторые и вовсе отказывались «бороться с системой». Алексей Кашуба сразу понял наше состояние, пригласил к себе, постепенно «втянул» нас в организацию.
— Что вам дало это членство?
— Все. Мы просто не выдержали бы всего этого без помощи Ассоциации. Здесь нам подсказали все важные шаги, как правильно оформлять документы, куда обращаться за помощью, в чем нас обманывают. Знаете, ведь мы все, оказывается, просто не знаем своих прав, просто не понимаем, что закон-то на нашей стороне, и потому становимся беззащитными перед проходимцами, негодяями, «оборотнями» в погонах. А чтобы бороться за справедливость, нужно многое знать и уметь.
— Приходилось ли испытывать угрозы, давление со стороны правоохранителей за эти четыре года?
— Скажу честно, угроз не было. Но вот хамство, оскорбления, унижения — переносить доводилось.
— Например...
— Например, приходишь жаловаться в кабинет к высокому начальнику. Он тебя выслушает, сухо прощается, а когда ты подходишь к двери — отчетливо произносит нецензурное слово. Свидетелей нет, и доказать ничего нельзя, но осадок-то остается. А ведь состояние и без того подавленное — погиб близкий человек, а убийца разгуливает на свободе, несколько раз я его встречал неподалеку от своего дома. Понимаете, какой ужас? А однажды он даже выступал по телевизору, рекламируя разработки убитого им человека... С этим очень трудно жить.
— А от убийцы не поступало угроз?
— Нет, с нами он не встречался, но в Ассоциацию родных убиенных — приходил...
Алексей Кашуба объясняет:
— Действительно, этот человек вышел на меня и задал недвусмысленный вопрос, мол, сколько они хотят за то, чтобы дело в его отношении было прекращено. Видимо, он сам понял всю абсурдность этого обращения, так как больше не появлялся. Мы ведь Ассоциация правозащитная, а не преступная.
Судья забыл послать конверт...
С тех пор в деле об убийстве Рожкова мало что изменилось. Районный суд признал подозреваемого виновным в убийстве по неосторожности и... амнистировал. Апелляционный — оставил приговор без изменения. А Верховный — просто не получил дела. Оказывается... судья просто забыла отправить его в вышестоящую инстанцию.
Александр Стоянов: «Недавно ситуация все-таки изменилась — актив нашей ассоциации повстречался с губернатором, затем — с прокурором области. После этих встреч следователей и прокуроров точно подменили (многих и вправду поменяли, причем с формулировками чуть ли не слово в слово повторяющими тексты жалоб членов этой общественной организации. — Прим. авт.) — они стали с нами очень любезны, внимательны, начинают по-человечески с нами разговаривать...» По решению прокурора Харьковской области Василия Синчука дело об убийстве Рожкова должно быть рассмотрено правоохранителями вновь, и родные убиенного надеются, что в этот раз справедливость восторжествует.
Алексей Кашуба, комментируя данное дело, говорит:
— В этом случае следствие, на мой взгляд, проявило большую небрежность, проигнорировав сразу несколько фактов. Никакой правовой оценки не было дано пропаже денег из сейфа ученого, о которой заявляли некоторые свидетели, тем решениям, которые принимал погибший руководитель, тем документам, которые рассматривались им в день трагедии. Эта «беспечность» тем более вызывает удивление, ведь Владимир Рожков работал в отрасли, которая изучает радиоактивные материалы, то есть имел дело со стратегически важными для нашей страны и всего мира исследованиями. Страшно даже подумать, с какими силами может быть связано его убийство... Как бы там ни было, наша Ассоциация и ее члены в очередной раз демонстрируют крайнюю лояльность к нашему родному государству, поскольку в этом деле уже есть достаточно оснований для обращения в Европейский суд по правам человека. Но пока существует малейший шанс, хоть какая-то надежда на то, чтобы добиться справедливости здесь, в Украине, мы не делаем этого...
— А опыт обращения в Страсбург есть?
— Да, мы уже направили туда пять обращений, три из них — приняты к рассмотрению. Для сравнения: по всей нашей стране доля принятия этим судом обращений не превышает 8%. Эта статистика свидетельствует не только об уровне нашей организации, а о том, что проблематика защиты жертв преступлений не чужда европейской юридической практике в отличие от нашей, отечественной. Так что Украине, чтобы избежать санкций от Суда по правам человека, рано или поздно придется научиться защищать интересы своих граждан, родственники которых были убиты. При этом я подчеркиваю, что мы все добиваемся справедливости не в материальном плане, не из-за каких-то меркантильных интересов. Мы делаем свое дело ради общества в целом. Ведь давным-давно доказано, что убийца, не понесший наказания, стремится к совершению следующего кровавого преступления.
ОН Клиник Харків

Лента новостей

Вся лента новостей

Архив новостей

Программа "Вечірні Новини"Лого телеканал Р1

Эксклюзивное интервью на Р1Лого телеканал Р1

программа комментарииЛого телеканал Р1

Телеканал Р1 на youtube

Выбор читателей

О нас Реклама Подписка
  • Facebook
  • youtube
  • Twitter
  • rss

Курсы валют от НБУ

100 USD 2775.5 грн
100 EUR 3149.08 грн
10 RUB 4.2057 грн


Новости от за посиланням
Загрузка...
Загрузка...
Афиша кинотеатра "Kronverk Cinema" Дафи