К 23 годам москвичка Настя Касимова успела испытать на себе все «радости» разгульной жизни – 10 лет «на игле», ВИЧ-инфекция, неудачное замужество и лишение родительских прав на дочь. Для того чтобы кардинально изменить свою жизнь, она решила уехать в Харьков.

Настя приехала из Москвы в Харьков лечиться от наркозависимости. Реабилитационный центр был единственным местом, где девушку еще готовы были принять.

– Я уже проходила реабилитацию в Белгороде, но не выдержала, сорвалась, - рассказывает девушка. - Тогда мама поставила вопрос ребром: либо ты лечишься, либо я от тебя отказываюсь.

На любовь было наложено табу


Методы лечения, которые использовали специалисты центра, поначалу казались странными: спортзал, массаж, трудотерапия, раз в неделю обязательный поход в церковь. Кофе, крепкий чай и сигареты запрещены, не говоря уже о спиртном. По словам Насти, в первое время хотелось бежать оттуда без оглядки. Останавливало отсутствие документов – их забирают, чтобы пациенты даже не помышляли о побеге.

– Мне, гражданке России, уехать домой было вообще нереально, – вспоминает Настя. – Кроме того, мы жили в закрытом помещении. Чтобы не было соблазна выпить или покурить, выходить за территорию можно было только под присмотром консультантов.

Один из консультантов – Виталий – сразу приглянулся москвичке. Парень в свое время вылечился от наркозависимости и теперь помогал пройти этот путь новеньким. Девушка рассказывает, что чувства к Виталию крепли с каждым днем. Но в программе реабилитации был пункт, запрещающий в течение года встречаться с парнями.

Со временем она поняла, что Виталий именно тот мужчина, который ей нужен. Однажды девушка не выдержала, подошла к нему и прямо сказала: «Не знаю каким образом, но мы все равно будем вместе». Консультант воспринял признание с опаской.

– Настя на тот момент была замужем, в Москве у нее подрастала дочь, – объясняет Виталий. – Я человек верующий, и для меня замужняя женщина — табу. С одной стороны, она очень мне нравилась, с другой – я понимал, что начинать с ней отношения – это неправильно. Но однажды, в сотый раз перечитывая Библию, наткнулся на изречение, в котором нашел нужный для себя ответ.

Девушки у Виталия не было, и отношения с Настей он начал с чистого листа – безо всякого сомнения и чувства вины.

– Отношения – это громко сказано, – улыбается мужчина. – Я даже не прикасался к ней, мы просто общались, а чувство зрело. Оно было чистым, как первая школьная любовь. Если раньше я вел безобразный образ жизни и на девчонок смотрел с определенными намерениями, с Настей было все по-другому.

Влюбленным не разрешали общаться


Роман между консультантом и пациенткой руководство центра не одобрило.

– Они рассказывали о Насте всякие небылицы, лишь бы я от нее отвернулся, – вспоминает Виталий. – Якобы во время реабилитации в Белгороде у нее была такая же любовь (хотя там центр был чисто женский). А когда поняли,что нас так просто не разлучить, Настю решили отправить в Полтаву, подальше от меня. Она упиралась, говорила, что никуда не поедет. Тогда я сказал ей: «Сделай это ради меня. Если ты меня любишь — поезжай в Полтаву, все будет хорошо». И она поехала.

Влюбленную пару всячески ограждали от общения друг с другом, у Насти отняли даже мобильный телефон.

– Я писала ему из Полтавы письма, а потом подружилась с сотрудницей центра, которая украдкой давала мне свой телефон, чтоб я могла позвонить Виталику, – рассказывает девушка. – А через месяц, на мой день рождения, нам разрешили встретиться. Мы гуляли по городу в сопровождении сотрудников, которые присматривали, чтобы мы не целовались и не обнимались.

Перед свадьбой невеста чуть не попала в тюрьму


Когда прошел год и табу на свидания было снято, ребята стали жить в Харькове.

– Сотрудники центра отпускали нас с тяжелым сердцем, – вспоминает Настя. – Опасались, чтобы мы не надумали взяться за старое. Но мы были тверды в своих намерениях создать нормальную семью.

Однако зарегистрировать отношения официально оказалось непросто. Первый муж долго не давал Насте развод, пока в ситуацию не вмешалась ее мама. Она собрала все необходимые бумаги, и когда документы были готовы, Настя отправилась за ними в Москву. Там ее и настигли неприятности с законом, оставшиеся от «прошлой» жизни.

– Милиционеры сняли меня с харьковского поезда, арестовали, увезли в отделение и пообещали посадить минимум на три года, – говорит она. – В тот момент у меня вся жизнь пролетела перед глазами. Помню, мне пытаются оформить подписку о невыезде, а я в отчаянии изливаю душу следователю, объясняю, как изменилась моя жизнь, ведь кража была связана с употреблением наркотиков. Не знаю почему, но следователь-женщина сжалилась надо мной. Я подписала какие-то бумаги и в ту же ночь уехала в Харьков.

В конце мая 2009 года они расписались. Ребята даже венчались в церкви – в доказательство того, что их брак – взвешенное решение.

– До свадьбы у нас не было интимных отношений, – с улыбкой рассказывает Настя. – Мы решили: пусть все будет, как в первый раз. И сразу после первой брачной ночи я забеременела.

Врачи не хотели принимать роды


Вопрос о том, стоит ли Насте сохранять беременность (ведь оба родителя имеют статус ВИЧ-инфицированных), даже не обсуждался.

– При приеме антиретровирусной терапии риск заражения ребенка сокращается до 2%, – говорит Настя. – Среди наших знакомых с ВИЧ-инфекцией нет ни одной семьи, в которой бы родился «позитивный» малыш. Да и моя первая дочь, которую я рожала уже со статусом ВИЧ, тоже абсолютно здорова.

Впрочем, харьковские медики, слыша диагноз будущей мамочки, пугались и отсылали Настю рожать «в свою Москву». Туда же ее настойчиво направляли и местные кардиологи – на фоне ВИЧ-инфекции у девушки развилась сердечная недостаточность.

– Я даже писала расписку, что беру всю ответственность за беременность и роды на себя, - вспоминает она.

Однако все обошлось, и за несколько дней до Нового 2010 года в семействе Касимовых родилась маленькая Варвара.