Вместе с машиностроением Харьков теряет свой основной градообразующий фактор, он становится умирающим городом. Генеральный план реконструкции и развития, подготовленный в бытность мэром В.А. Шумилкиным, по слухам, предусматривал сокращение населения города впервые за всю его историю. Наш корреспондент встретился с академиком В.П. Семиноженко и задал ему ряд вопросов, касающихся судеб нашего города в связи с характером сосредоточенных в нем производств.

— Может ли, на Ваш взгляд, роль градообразующего фактора в нашем городе перейти к высокотехнологичным предприятиям? Я знаю: их мало, объемы их продукции ничтожны, но у них есть потенциал развития, который можно удушить, а можно и поддержать.
— Вряд ли в полной мере можно быстро заменить исчезновение с карты Харькова ХЭМЗа, ХАЗа, ФЭДа, «Коммунара» или «Электротяжмаша» группой малых высокотехнологичных производств. Даже если и не учитывать разницу в числе рабочих мест и чисто экономический аспект, то в имиджевом плане потери уж точно невосполнимы: ведь в мире стран с самодостаточным авиационным, космическим и энергомашиностроительным комплексом — единицы. Однако как один из важных аспектов реализации существующего в Харькове интеллектуального потенциала развивать высокотехнологичный бизнес не только возможно, но и необходимо. Ведь малый бизнес на основе хайтека — это прежде всего высокий уровень рентабельности и быстрый рост объемов производства, во-вторых, это каталитический фактор, дающий платформу для ряда сопутствующих бизнесов, и третье — развитие хайтека, согласно мировому опыту, приводит к синергетическому эффекту — росту образовательного и научного секторов, повышению культуры как самого бизнеса, так и сопутствующих ему сервисов. Поэтому поддержание высокотехнологичного бизнеса — это многогранная и очень важная задача. Этот бизнес и без поддержки находит себе дорогу, однако если говорить об этой проблеме минимум как о региональной задаче, то без системной поддержки ожидать серьезных прорывов вряд ли стоит.
— Достаточен ли этот потенциал для их выживания?
— Если говорить о потенциале выживания малых высокотехнологичных предприятий, то их потенциал выживания достаточно высок и заложен в их сути — прорывном направлении бизнеса. Другое дело — это время и место прорыва. Если мы не позаботимся (а мы — это власть, крупный бизнес, научно-техническая элита), то прорыв будет, но не сейчас и не у нас. Для решения проблем с развитием такого бизнеса нужны политическая воля, системный подход и небольшие (в масштабах региональных задач) стартовые деньги. Выполнение этих условий создаст благодатную почву. А дальше бизнес будет саморазвиваться. Это как в росте кристаллов — необходимы насыщенная среда, адекватные условия и центры кристаллизации. Среда и центры у нас есть — и если создать адекватные условия, то начнется бурный рост. Надо заметить, что рынок не будет ждать нас, пока мы будем много говорить и собираться что-то сделать. Рынок безэмоционален и безжалостен. Не будем делать мы — это сделают без нас. Сейчас в Харькове работают несколько британских и американских групп, которые интенсивно занимаются поисками интересных разработок и отнюдь не для того, чтобы внедрять их здесь, на Украине. Недавно приезжали представители одного из польских технологических парков, предлагали нашим разработчикам прекрасные условия реализации их идей в Польше.
— Какие для их поддержки должны быть приняты политические, какие экономические решения?
— Кстати, о Польше. Если говорить о политических и экономических решениях, необходимых для решения инновационных проблем в стране, то пример Польши весьма поучителен. Сейчас там созданы 32 технопарка и 14 специальных экономических зон. Вспомните разговоры и действия по поводу рыночности и нерыночности этих образований у нас в стране. Член ВТО Польша без проблем создает льготные условия для своих высокотехнологичных производителей, при этом МВФ не обвиняет их во всех смертных грехах. А власть делает все для поддержания этого направления, для удержания своих и притока чужих мозгов. А что касается нашей страны, то, по сути, нужно немного. Политически: выполнять задекларированную программу инновационного развития страны с использованием уже созданной законодательной базы в сфере развития науки и технологий, к слову, одной из лучших в странах с развивающимися экономиками. А экономически — реально, а не декларативно, делать бюджет бюджетом развития, а не проедания, и выделенные на поддержку инноваций средства тратить на инновации, а не на затыкание бюджетных дыр. Если мы действительно считаем социально-политическим приоритетом формирование мощного среднего класса, то не что иное, как высокотехнологичный малый бизнес может привести к его быстрому формированию. А развитие такого бизнеса даст возможность гибко и быстро развивать экономику регионов, учитывая
их специфику.
— Как здесь разграничить роли государства и местного самоуправления?
— Государство должно закончить формирование законодательной базы и реально гарантировать ее стабильность и выполнение. Государство должно инициировать создание действенной инновационной (в том числе венчурной) инфраструктуры — фонды, технопарки, бизнес-инкубаторы, консалтинг, промплощадки, лизинговые структуры и т. д. Причем либо часть этой инфраструктуры должна быть государственной, либо государство должно иметь на нее серьезное влияние. Государственные фонды должны быть построены как принципиально рыночные системы с механизмами возврата и самопополнения средств. Необходимо на государственном уровне провести кампании по привлечению в страну крупного венчурного капитала (хороший пример для этого — Индия и Китай).
Что касается местной власти, то ее задача — это создание механизмов реальной организационной помощи. Местные стимулы могут быть не только чисто финансовыми, это может быть создание больших и малых промплощадок, банковские гарантии, местные налоговые стимулы. А кроме этого, реальная информационная поддержка. Выезжая в загранкомандировки и принимая зарубежных гостей, местные лидеры должны иметь грамотно (подчеркиваю: грамотно, а не для галочки) подготовленную информацию о больших и малых проектах. Для этого нужна большая подготовительная работа по созданию высококачественных баз данных. Кстати, неграмотно подготовленные материалы могут надолго отпугнуть инвесторов.
— Возможно ли взаимовыгодное партнерство между хайтек-предприятиями и городской властью?
— Оно обязано быть таким. Есть области, в которых власть заинтересована больше, чем бизнес, — например экология и энергосбережение, развитие коммунальной инфраструктуры — вложения сейчас — бешеная экономия через годы — сэкономленные средства можно направить на социальные нужды — вот вам и выгода для власти. А бизнес свою прибыль знает как использовать.
— Вы бы поддержали идею подготовить и провести на эту тему «круглый стол» руководителей харьковского хайтека и городских властей?
— Эта встреча назрела.
— Какую роль в возрождении Харькова могло бы сыграть возрождение его аэропорта?
— С идеей создания реально международного аэропорта мы опоздали, хотя начинали первыми. На востоке Украины быстро развиваются аэропорты в Днепропетровске и Донецке, и пока Харьков не может с ними конкурировать. Для развития Харьковского аэропорта нужна свежая бизнес-идея — например бизнес-аэропорт с бизнес-центром на нейтральной территории без пересечения границы. Когда бизнесмены на своих самолетах смогут на час-два приехать в нашу страну для переговоров, не теряя времени на кросс-граничные формальности. Или что-либо другое, что могло бы выделить наш аэропорт по сравнению с соседскими.