Игорь Шаповалов фактически вырос за кулисами Харьковской областной филармонии — как-никак, сын музыканта. Репетиции, концерты, гастроли — все это он впитывал с детства. Поэтому и не удивительно, что, взяв в пятилетнем возрасте в руки скрипку, и поныне не расстается с ней. Любимый инструмент помог Игорю Петровичу стать концертмейстером симфонического оркестра, вести класс скрипки в университете искусств, получить звание заслуженного артиста Украины. А недавно Игорю Шаповалову присвоено звание народного артиста.

— Приятно, что областные и городские власти наконец-то обратили внимание на филармонию — между прочим, посодействовали, чтобы мне присвоили звание народного артиста Украины. Это все хорошо, да только проблем (в основном финансовых) у коллектива очень много. И костюмы старые (им уже по 25-30 лет), и инструменты нужны новые. Музыкант не должен думать о том, как выжать из скрипки, контрабаса тот или иной звук. Он обязан сыграть произведение так, чтобы зритель заслушался, воодушевился. А без качественных инструментов это просто невозможно. Но мы стараемся. Мои коллеги многие годы копят деньги, чтобы приобрести хороший инструмент.
— Где вы приобретаете инструменты и сколько они стоят?
— Духовые инструменты стоят 10-15 тысяч долларов. Сейчас их производят такие фирмы, как «Yamaha», «Bach». А вот скрипки покупаем у мастеров. И чем мастер старше — тем лучше. В Харькове этим занимается Андрей Гребнев. А скрипки старых итальянских, немецких мастеров нам не по карману. Вот недавно и китайский ударный инструмент «там-там» кто-то разбил. К счастью, замену удалось достать за нормальные деньги. Думаю, если бы в области действительно создали попечительский совет, как этого хочет директор филармонии Юрий Янко, многие проблемы сразу же решились бы.
— Как давно вы работаете в филармонии? Заманчивые предложения перейти в другой коллектив были?
— Работаю в филармонии с 1968 года. Но и до этого чуть ли не ежедневно бывал на репетициях, концертах. Мой отец играл на альте в симфоническом оркестре, поэтому я хорошо знал не только тонкости работы коллектива, но и всех музыкантов. Когда был студентом Харьковской консерватории, меня пригласили играть в оркестр. Сначала, как самый молодой, я сидел позади, а потом, после различных конкурсов, стал концертмейстером. В начале 90-х создал камерный оркестр «Харьковские солисты». Провожу концерты как дирижер. Были, конечно, и заманчивые предложения переехать в Киев, Москву. Но я так и не смог оставить родной коллектив и город. Привык,
наверное.
— Много ли людей приходит сейчас на концерты в филармонию?
— Ранее, безусловно, было больше. Несколько десятков лет назад к нам приезжали известнейшие солисты, и харьковчане с удовольствием ходили на концерты. Ныне солисты стоят дорого. Мы не можем заплатить, например, две-три тысячи долларов за их приезд. Огромный прилив слушателей наблюдался, когда в Харькове начал работать Вахтанг Жордания. Но и с приходом Юрия Янко как директора зал вновь наполнился. Побывав у нас однажды, харьковчане приходят снова и снова и удивляются, почему раньше лишали себя такого удовольствия — живой классической музыки. Во время концерта в зале царит необыкновенная энергетика одухотворенности, когда хочется жить и творить. Проводим мы и тематические праздники, посвященные Рождеству, Новому году, Пасхе, 1 апреля. Такие «веселые» выступления воспринимаются публикой на ура, ведь звучат легкие, всем известные произведения.
— Вы часто бываете на гастролях за рубежом. Как там принимают наш симфонический оркестр?
— Прекрасно. Мы бывали во Франции, Германии, Италии, Испании. Играли даже оперы. Возили произведения Дунаевского (марши, вальсы) и очень волновались, ведь несмотря на то, что он гениальный композитор, за границей его мало знают. Оказалось, что переживали зря. Зрители были в восторге. Раньше часто сталкивались и с тем, что за рубежом совсем не знали Харьков, спрашивали, где это. Сейчас нас знают. Но гастроли нужны не только для популяризации нашего города и Украины в целом. Прежде всего, это общение с зарубежными оркестровыми артистами. Мы учимся у них, они — у нас. Такой бесценный опыт полезен для творческого и карьерного роста любого музыканта.
— Вы преподаете в университете искусств уже более 25 лет.
Талантливых студентов много?
— Много. Мои ученики сейчас играют в лучших оркестрах Украины — в Киеве, Симферополе, Днепропетровске, Запорожье и других городах. Одна студентка уехала в Англию. Учится там в аспирантуре. У меня были чудесные педагоги — Адольф Лещинский, Исаак Заславский, Ребекка Клеменская, которые дали миру хороших скрипачей. Все те знания, которые получил от них, я стараюсь передать и своим ученикам.
— Ныне молодежь очень мало интересуется классической музыкой. Как вы считаете, есть ли у классики перспективы?
— Конечно есть. В Европе очень много классики выпускается на компакт-дисках. И спросом у покупателей она пользуется. Жаль, что в Украине нельзя купить ни на кассетах, ни на компакт-дисках произведения русских и украинских композиторов. Даже магазин «Мелодия» в центре Харькова почему-то закрыли. Еще одна проблема музыкантов — нет нотных магазинов. За рубежом даже в самых маленьких городах они есть. А украинским оркестрам негде приобрести ноты. Переписываем вручную. У нас в штате и должность такая есть — переписчик нот. В других странах, наверное, уже забыли, что это такое. Нет в Украине и канала культуры, где бы можно было слушать классические произведения. Во Франции, Чехии, Германии такие есть и на радио, и на телевидении. Сейчас в Харькове по кабельному можно смотреть «Меццо». Это хорошо, но почему не сделать такой же украинский канал? Уверен, зритель обязательно нашелся бы, и перспективы канал имел бы неплохие. Ведь классика будет жить вечно.