Контраст между роскошью станции метро и бедностью ее «крестного отца» — ботанического сада — как-то уж очень бьет по глазам. А казалось, что выделят-таки деньги старейшему саду хотя бы на «косметику», чтобы прикрыть крошечным фиговым листком его большие проблемы.

Ботанический сад общегосударственного значения Харьковского национального университета имени Каразина — территория заповедная. Во всех отношениях, в том числе и в смысле финансирования, сюда не ломятся Лопахины спонсировать красоту. Собственно, у нас всегда деньги обходили науку стороной: не очень-то на ней заработаешь. А между тем такая структура остро нуждается в поддержке, без вложений сад не в состоянии развить свою деятельность.
Основная забота сада — содержание редкой коллекции, которая насчитывает больше шести тысяч видов и сортов декоративных растений. Кроме ботанического сада, такой работой больше никто не занимается. Здесь бережно растят 95 видов, занесенных в Красную книгу Украины. Проводится серьезная научно-исследовательская и селекционная работа, выводятся новые сорта и испытываются, в том числе и на выносливость в наших суровых условиях. Но вместе с растениями проходят испытания на выносливость и люди, которые здесь работают. Энтузиасты — иначе не назовешь — двигают отечественную ботанику за мизерную зарплату, работая в дореволюционных, давно треснувших по швам постройках. Штата катастрофически не хватает: огромную территорию почти в 42 гектара, расположенную на Клочковской и Отакара Яроша, обслуживают всего 85 человек. На развитие же сада — капитальный ремонт, реконструкцию оранжерей, содержание коллекции — не выделяется ни копейки.

Иногда, по словам директора сада Александра Алехина, университет дает, сколько может, иногда поступают деньги из областного фонда охраны окружающей среды. Но эти суммы способны лишь стыдливо прикрыть «научную» наготу: в прошлом году из фонда сад получил 70 тысяч гривен. Сравнение не в пользу бедных: для капитального ремонта или реконструкции одной оранжереи нужно как минимум 350 тысяч, а вообще-то — порядка полумиллиона.

В прошлом году с помпой прошел 200-летний юбилей уникального сада. «Была принята программа, утвержденная Кабинетом министров, в которой были заложены 750 тысяч, но мы до сих пор не получили ни копейки. Государству сейчас такие организации, как наша, не нужны», — с горечью говорит Александр Алексеевич. Почествовали, посулили — и забыли.

Больной вопрос для сада — отсутствие ограждения. Территория на Клочковской полностью огорожена, посему и проблем здесь поменьше. Границы же заповедной зоны на Павловом поле обозначены слабо: не хватает заграждений длиной в тысячу восемьсот метров. По мечтательным подсчетам директора, это потянет на 800 тысяч — до миллиона гривен. Вроде бы немало, но ущерб от отсутствия ограды никто не подсчитывает. А без ограды никак нельзя: народ давно уже протоптал тропы к источнику в Саржином Яру через ботанический сад. Но добро бы просто ходили. В свое время ботанический сад был основан на землях, подаренных университету благодарными жителями Харькова; теперь же их потомки уничтожают коллекционные растения: ломают, сжигают, выкапывают. К хвойным беда приходит в канун Нового года: людей мало волнует уникальность сорта. Ботсадовскую елочку несут домой, а через пару недель редкий экземпляр выбрасывается на помойку.
Собак тоже приобщают к вандализму, непременно выгуливая и дрессируя на заповедной территории. Питбулям и мастиффам хозяева развивают челюсти, приказывая цепляться на ветки редких сортов. Деревья с обгрызенными стволами и ветками, как правило, гибнут. Сотрудники сада высадили этой осенью пять новых яблонь, три из них уже сгрызли друзья человека.
Бичом сада становятся и любители пикников, причем люди часто не догадываются о том, что жгут костры в заповедной зоне. Однажды изумленная подпившая публика никак не могла сообразить, что это здесь делает заведующая отделом дендрологии Валентина Шатровская. И очень удивились, когда узнали, что веселятся на территории ботанического сада. После выходных люди, призванные двигать науку, всерьез занимаются уборкой груд мусора.

Полное недоразумение вызывает и отсутствие водопровода. Вот уже несколько лет воду в сад доставляют цистерны, и сотрудники солидного учреждения для полива многочисленных растений таскают воду в ведрах и лейках. Дремучесть и экономическая невыгодность такого способа очевидна. «Руководители университета не думают о выгоде. У нас одна оранжерея покрыта новым материалом — пластиком, специально разработанным для теплиц, который не пропускает тепло: на улице минус 20, а внутри — плюс 20. Нужно бы этим пластиком покрыть и другие оранжереи. Материал дорогой, но в первую очередь реально экономится расход газа. Первые расходы на этот материал, конечно, серьезные, зато потом начинается экономия. И для растений лучше. Но кому нужно «потом», кто будет жить «потом?»

Ботанический сад проводит и просветительскую работу, хотя и здесь без трудностей не обходится. Показать студентам и народу, любящему прекрасное, есть что, и экскурсий здесь проводится немало, но для того чтобы провести их, нужны асфальтированные дорожки. После дождя пройти по территории проблематично, а после сильного дождя и вовсе невозможно: гиды вместе с экскурсантами перепрыгивают по чавкающему месиву от экспоната к экспонату.

Люди, работающие здесь, несмотря на беды умеют радоваться красоте и изяществу. «Сюда приходят те, кто по-другому жить не может. — улыбается Валентина Ивановна. — Трудновато, конечно, но мне нравится эта красота». «Приходите в мае, июне, — приглашает она, — и вы увидите, что сад каждый раз будет выглядеть по-иному». Уверена, что усилиями работников сада он летом превратится в райские кущи, слегка замаскировав зеленью огромные прорехи.