В большом зале Харьковского национального университета искусств имени И.П. Котляревского с сольной программой выступил Дмитрий Удовиченко. Пятнадцатилетний скрипач уверен: его жизнь без скрипки — всего лишь существование.

Малышу нравились громоздкие инструменты


У него было очень мало шансов не заболеть музыкой — он родился в семье музыкантов.

— Диме было года два. Я играл на альте, а он пытался схватить кончик смычка и водить им по струнам, — вспоминает отец музыканта, доцент кафедры оркестровых струнных инструментов ХНУИ им. Котляревского Николай Удовиченко. — В каком возрасте сын осознанно взял в руки скрипку, сказать сложно. Инструменты окружали его самого раннего детства, они были его игрушками.

Когда Дима был маленьким, его впечатляли огромные музыкальные инструменты. Когда перед началом учебного года завуч Харьковской средней специальной музыкальной школы-интерната поинтересовалась у шестилетнего малыша, определился ли он с инструментом, Дима поведал, что будет играть на тубе. Огромная труба была раза в два больше мальчика, и завуч убедила его в том, что инструмент несколько великоват. Дима внял и выбрал не менее габаритный контрабас. Видимо, говорит отец, сыну тогда очень нравились низкие звуки.

— Я в детстве был максималистом, и мне хотелось чего-то большого, громоздкого, — объясняет музыкант спустя десять лет.

К тому времени Дима уже играл на скрипке, на ней и остановил свой выбор. Музыка настолько органично вошла в его жизнь, что он искренне изумлялся, почему мальчишки со двора ходят в школу без инструментов. Он был абсолютно уверен, что музыкой занимаются все люди.

Юный музыкант играл с эталонным оркестром


На днях Дмитрию Удовиченко исполнилось 15 лет, он учится в харьковской специализированной музыкальной школе и берет уроки у профессора Бориса Гарлицкого в Высшей школе музыки (Германия). Профессор занимается с Димой, дает ему задание, и юный скрипач возвращается домой. Выполнил задачу — снова в Германию. Немецкая сторона обеспечивает и и его перелеты, и пребывание. Такой формат свободного обучения немцы придумали в виде исключения для студента-харьковчанина: нашли спонсоров, открыли счет.

Несмотря на нежный возраст Дима Удовиченко — лауреат нескольких международных конкурсов. Скрипач выступал с именитыми коллективами: оркестром Харьковской областной филармонии, с харьковским Молодежным симфоническим оркестром, оркестрами Луганской и Полтавской областных филармоний, симфоническим оркестром Крыма, дважды играл со знаменитым оркестром «Виртуозы Москвы» под управлением. Владимира Спивакова (первый раз, когда ему было 12 лет). Юное дарование не раз приглашали выступить на международных фестивалях, он принимал участие в мастер-классах известных педагогов из Лондона, Хельсинки, Парижа. А еще Дмитрий Удовиченко — стипендиат фондов Владимира Спивакова и Фонда поддержки молодых дарований — он получает именную стипендию памяти первого президента фонда Евгения Кушнарева.

Харьковчанин в восторге от москвичей


— «Виртуозы Москвы» — это, безусловно, лучший оркестр, с которым мне удалось сыграть, — делится юный скрипач. — Музыканты настолько чуткие, что когда с ними играешь, не возникает вопроса, как поладить, что нужно сделать. Он меня зависело лишь то, как я буду играть, а уж они делали все, чтобы аккомпанировать на высшем уровне. Это эталонный, по-настоящему профессиональный оркестр, — я от него в восторге.

Сейчас Дмитрий играет на скрипке итальянского мастера Чезаре Магрини, которую ему подарили Владимир Спиваков и Михаил Добкин. Любимый композитор — Моцарт.

От попсы скрипач впадает от попсы летаргический сон


— Популярную эстрадную музыку Дима не воспринимает: конструктор космического корабля никогда не согласится конструировать велосипед, — говорит его отец. — Без скрипки он жить уже не сможет.

— Когда я слышу грубую общедоступную попсу, она кажется мне такой примитивной, что я чувствую, как у меня отключается мозг, и я впадаю в летаргический сон, — делится юный музыкант.

Без скрипки — никуда


У Дмитрия даже внешность классического музыканта: с него можно ваять скульптуру скрипача на крыше. Такой же утонченно-изысканный он и в душе.

— Музыка занимает главное место в моей жизни и в мыслях.
Для меня с самого начала было ясно, что мне без скрипки никак. Это даже не обсуждалось: я с самого детства, лет с пяти понял, что музыка — это моя профессия, и чем старше я становился, тем крепче было это убеждение. Скрипка — это часть меня, поэтому я без нее не могу. Жизнь без нее — лишь существование. Я лишь один раз уехал на отдых без нее, о чем потом глубоко сожалели. Так теперь мы с ней не расстаемся.

Музыкант из прошлого века


— По признанию серьезных специалистов, у Димы нестандартный имидж, — говорит Николай Удовиченко. — Говорят, что он — слепок идеала, к которому стремились музыканты 50–70 лет назад. Это проявляется в его вкусах, в трепетном отношении к произведениям, к инструменту. Сейчас, например, принято, что на сцене музыкант должен кривляться — у него должна быть активная мимика, чтобы слушатель, который не понимает, что он играет, читал его состояние на лице. Раньше это категорически запрещалось: музыкант должен разговаривать звуком, а не мимикой. Вот и Дима мимику на сцене абсолютно не приемлет. И не потому, что не хочет, — просто для него это противоестественно. Когда он играет, он уходит в музыку очень глубоко и отрешается. Мой учитель как-то сказал, что если музыкант рвет на себе волосы на сцене — публика смотрит на него с недоумением, а когда он играет по-настоящему — волосы рвут на себе слушатели.

В будущем Дима мыслит себя только музыкантом — другие варианты не рассматривает. На каких сценах будет играть, пока не знает, но уверен: музыкант — профессия интернациональная.