Для большинства людей бандура – архаическая национальная экзотика, погребенная на страницах исторических поэм и народных сказаний. Тем неожиданнее для корреспондента «Вечернего Харькова» оказалась встреча с седовласым бандуристом в центре Харькова.

Под ветвистыми елями рядом с половецкими каменными бабами около исторического музея расположился убеленный сединой голубоглазый мужчина — пальцы уверенно перебирают струны бандуры, по площади разносится «Ой чий то кінь стоїть…». Николаю Гришко 64 года, украинские песни любит с детства.

— Начиналось все с сопилки. Еще в дошкольном возрасте я увидел постановку драмы «Лісова пісня» Леси Украинки и пришел в полный восторг от игры на на этом инструменте главного героя Лукаша. Эти чарующие звуки  так пришлись мне по душе, что я начал сам делать сопилки из очерета. Учить меня было некому — пробовал как только мог. Навыки не утратил до сих пор умею играть и на сопилке, и на цимбалах, — рассказывает Николай Гришко. — А вот бандуру начал осваивать, когда мне было далеко за сорок.  Мой учитель, известный харьковский бандурист Виктор Лобас, удивлялся, почему так поздно спохватился. А я считаю — никогда не поздно.  Я грезил бандурой с детства. Помню, в начале 1960-х ездил в районный центр, часами стоял в музыкальном магазине и любовался величественным 54-струнным инструментом. А денег в семье тогда не было. Я даже стеснялся говорить родителям о своей мечте.

Николай Гришко окончил Харьковский строительный техникум, 23 года  проработал строителем. В начале переломных 1990-х на домостроительном комбинате, где он работал, перестали платить зарплату.

— Сказали, чтобы увольнялся, поскольку работы нет, платить нечем. То есть меня просто вышвырнули на улицу.

Так строитель стал уличным музыкантом. На струнах души харьковчан бандурист играет каждый раз на новом месте. Во-первых, не хочет утомлять слушателей, во-вторых, избегает возможных инцидентов.

—  Лет пять-шесть назад играл на Южном вокзале. Ко мне подошли милиционеры, потребовали оплаты за место. Мне бы просто промолчать, но я не смог, — признается музыкант. — Скажите, когда это было — в какие времена, при какой власти, — чтобы кобзари платили «дань»? Женщины-торговки посоветовали не связываться — мол, сами не тронут, а кого-то подошлют. И действительно, через пару дней ко мне подошла парочка бритоголовых… Одним словом, после этого я там больше не появлялся. А то года четыре назад «случайные» прохожие «нечаянно» пнули, да так, что выбили плечо. И хитренько так сказали: «Извините». А что мне от этих извинений? Я месяц пролежал в больнице. Кто были эти люди и почему моя музыка вызвала у них такой приступ агрессии, неизвестно.

В основном же публика реагирует на необычного музыканта одобрительно.

— Думаю, звуки бандуры повышают настроение не только прохожим, но и самому бандуристу, — улыбается начинающая гитаристка Анна Гарбуз.

— Такая музыка попадает в общий тон настроения нашей страны, — считает студентка Юлия Богдан.

Некоторые прохожие просят расширить репертуар. Особой оригинальностью отличилась просьба двух молодых «джигитов» сыграть грузинскую лезгинку.

— Я, конечно, могу сыграть, — парирует бандурист. — Вы только свой национальный инструмент принесите.

Николай Гришко вспоминает историю, как одна девушка, услышав звуки бандуры, разрыдалась.

—  Она стоит, а слезы градом так и катятся. «Чего плачешь?» — спрашиваю. «По дому соскучилась», — говорит. А девочка была из Полтавской области. Пришлось ее утешать: «Ну ты же студентка, надо учиться».



Довольно часто обращают внимание на бандуриста владельцы окрестных кафе — приглашают на работу. Но ему это неинтересно. 

— Я уличный музыкант, я кобзарь, — твердо заявляет Николай Гришко. — Не хотелось бы связывать себя какими-то договорами, ведь я чувствую себя свободным человеком. Я продолжаю украинскую традицию, а выполнять чьи-то прихоти не стану. Всегда есть выбор — между добром и злом, между правдой и ложью. Я бы советовал искать правду: читать, анализировать, думать. Когда человек ищет правду, он становится небезразличным. А вот когда по течению идет… Опускаться очень легко, а чтобы подняться — нужны усилия.