На прошедшей неделе Украина официально объявила о прямом российском вторжении. Это произошло сразу после мирных переговоров в Минске.

Харьковчанам вместе со всем миром осталось гадать – достиг ли уровень безумия максимальных высот или стоит готовиться к дальнейшему углублению конфликта.

В понедельник
харьковчане вместе со всеми украинцами задумались над указом президента о подготовке запрета тоталитарных символов и знаков отличий сепаратистских и террористических организаций. С одной стороны, главу государства понять можно, но с другой – как тогда выяснять, по чью душу, например, митингует очередная компания?

Вечером временно стало не до советских флагов: Петр Порошенко распустил Верховную Раду. Надо отдать должное украинскому обществу: вопросов «зачем» и упреков в несвоевременности не последовало.

Во вторник утром стало известно, что некоторые жители Харькова неправильно поняли инициативу президента с тоталитарными символами и начали валить памятники Ленину. За два дня было разрушено три монумента. Уголовный кодекс Украины, который еще никто не отменял, трактует эти действия однозначно: «вандализм».

Во второй половине дня внимание всего мира сосредоточилось на Минске, где проходила встреча Петра Порошенко с лидерами Евразийской тройки – России, Беларуси, Казахстана, а также с политиками из Европы. Несмотря на большие ожидания, внятных результатов ни коллективные переговоры, ни отдельная беседа президентов Украины и России не принесли.

Утро среды началось с изменений в карте политических сил Украины: из партии «Батькивщина» вышла целая группа видных деятелей, в том числе Арсен Аваков, Александр Турчинов и Арсений Яценюк. Предвыборная кампания стартовала не только де-юре, но и де-факто.

Харьковчане тем временем занялись делами, весьма далекими от политики. Для начала обсудили перспективы Госпрома попасть в список Всемирного наследия ЮНЕСКО и бонусы, которые дает архитектурному символу города почетное звание. Затем порадовались, что харьковским школьникам не придется учиться шесть дней в неделю. Минобразования рекомендовало увеличить количество учебных дней, но местные чиновники решили, что в этом нет необходимости.

В четверг война вышла на новый страшный виток. Как сообщил СНБО, российские военные захватили Новоазовск и еще несколько населенных пунктов. Новость о вводе регулярных российских войск, озвученная накануне целым рядом источников, к несчастью, оказалась правдой. Руководство РФ факт вторжения не подтвердило.

Вечером ситуация еще более осложнилась тревогой за жизнь донецких шахтеров. Из-за боевых действий была обесточена шахта им. Засядько и больше ста шахтеров оказались заблокированы под землей. Ситуация разрешилась благополучно: всех рабочих подняли на поверхность.

Пятница оказалась черной. Под Иловайском колонна украинских военных, находящихся в окружении, попала в засаду. В то же время российские войска продолжили активные действия по двум основным направлениям – в районе Новоазовска и по линии Амвросиевка-Иловайск.

На фоне усиления внешней агрессии украинское правительство предложило отменить положение о внеблоковом статусе Украины и взять курс на НАТО. Будет ли рассматривать этот вопрос действующий состав ВР, или его вынесут на обсуждение после выборов, неизвестно.

Выходные, по традиции, позволили горожанам сосредоточиться на новостях из мирной жизни. Хотя «мирными» их можно назвать весьма относительно – некоторые сообщения расстроили не меньше, чем военные сводки. Например, стало известно, что в селе Шульское Первомайского района пропал трехлетний ребенок. К счастью, после суток поисков маленького Сережу нашли живым и невредимым. В спасении ребенка принимали участие более тысячи человек.

Задели за живое и новости о резком увеличении стоимости аренды квартир в Харькове. С наплывом переселенцев из зоны АТО в Первой столице вырос спрос на аренду жилья, что подстегнуло рост цен на съемные квартиры на 30-40%. Сейчас однокомнатную квартиру можно снять в среднем за 2,5 тыс. грн. в месяц, «трешка» обходится в 4000-4500 грн, а частные дома стоят 5-7 тыс. грн. в месяц. Студентам в этом году явно придется трудно.